— И чем все это кончилось? — помолчав, спросил он.

— Однажды я вернулась домой раньше обычного, — сказала Хелен. — Готовиться дома к экзаменам было невозможно, там вечно стоял шум и гвалт. Я задерживалась после занятий в школе. Но на этот раз слишком устала, мне захотелось отдохнуть.

— Отчим измучил тебя придирками и угрозами? — нахмурился Дэн.

— Нет, — покачала головой Хелен. — На меня он просто не обращал никакого вниманий. При мне он даже на Карен боялся кричать. Я могла так взглянуть на него, что он тотчас же умолкал.

Дэн усмехнулся, вспомнив, какими яростными могут быть ее фиалковые глаза.

— Так вот, я пришла пораньше, продолжала Хелен. — Матери, как всегда, не было дома. Но внезапно сверху раздался крик Карен. Я взбежала по лестнице и увидела, что отчим…

Хелен побледнела и закусила губу.

— Неужели он осмелился ударить твою сестру? — спросил Дэн, покраснев от негодования.

— Нет. Он пытался изнасиловать ее, — прошептала Хелен.

— Боже мой! — ахнул Дэн, прижимая Хелен к себе. Ему трудно было даже представить, как могла эта аккуратная, опрятная и гордая девушка жить в таком вертепе.

— Я ударила отчима, — продолжала тихо рассказывать она. — Схватила со столика лампу и треснула ему по башке. Жаль, что я тогда его не убила. Он зашатался и ушел, по моему даже не сообразив, что происходит… Он был мертвецки пьян.

Так вот почему ей так ненавистны пьяные! Понятно, почему она бросила его одного в отеле в день их знакомства. Что ж, в этом нет ничего удивительного.

— Мы с Карен обнялись и весь вечер просидели вдвоем на кровати. Мать, узнав о поступке мужа, расплакалась. Мы с Карен тоже плакали. Отчим ушел из дому и больше не вернулся. Мать до утра не спала, охраняя наш сон. Утром она выпроводила нас с сестрой в школу, и с тех пор мы ее не видели.

— Почему? — спросил Дэн.

— Нам сказали, что она вышла из дому и пропала. Вечером к нам приходила полиция, офицер сообщил мне, что мать утонула. Я не поверила. Мне думается, она поругалась с отчимом после нашего ухода, и он в ярости утопил ее, представив все как несчастный случай.

— А как отнеслась ко всему случившемуся Карен?

— Скверно. Сначала она отказывалась поверить, что мама умерла. Она кричала, что мама не могла нас бросить, что она вернется и заберет нас из этого жуткого дома. Потом она поклялась, что убьет отца. Обязательно убьет, рано или поздно, когда он не будет ожидать этого. Я не придала этим словам значения, пыталась успокоить ее. А зря! Мне дорого обошлась моя оплошность.

— Сколько же тебе было тогда лет? — спросил Дэн.

— Шестнадцать. Мне следовало быть благоразумнее, — ответила Хелен.

— Ты заблуждаешься, любовь моя! — сказал Дэн. — Карен могла крикнуть это в запальчивости, ты была совсем девочка. Разве должна ты за нее отвечать?

— Но она говорила серьезно! Я могла бы догадаться об этом по выражению ее глаз. Так или иначе, вскоре попечительский совет отдал нас на воспитание нашей тете Мэри.

— И вы переехали к ней?

— Мы прожили у нее вместе с Карен одну неделю. Тетя Мэри приходилась родной сестрой нашей матери. Когда ей стало известно, что мой отчим пытался изнасиловать Карен, она подумала, что об этой истории напишут в газетах, и переполошилась. Она стала винить во всем Карен, заявила работникам службы социального обеспечения, что она не в состоянии содержать Карен, потому что ей нужно воспитывать собственных детей. И вообще, незачем ее деткам знать, какой кошмар творился в нашем доме.

— И вас с Карен разлучили, когда тебе было шестнадцать лет, а ей четырнадцать? — спросил Дэн.

— Нет, — с горечью сказала Хелен. — Я тоже отказалась жить у тети Мэри. Я выставила условие: либо она оставляет нас обеих у себя, либо мы обе покидаем ее дом. Тогда нас с сестрой отдали в одну приличную обеспеченную семью. Карен ушла в себя, все время молчала. И вот однажды, спустя год после нашего переселения к бездетным супругам, она внезапно исчезла. И с той поры я не видела ее, пока случайно не столкнулась с ней на улице.

— Бедная Хелен! — пробормотал Дэн. — Неужели ты разыскивала сестру все эти годы?

— Нет, только поначалу. Ее тогда все искали, но так и не нашли. Она словно в воду канула и ни разу не дала о себе знать. Я тоже перестала ее искать. Супруги, воспитавшие меня, относились ко мне очень хорошо. Я получила образование, ни в чем не нуждалась. Но вот однажды полиция обнаружила ночью в глухом закоулке труп моего отчима. Мне тогда исполнилось восемнадцать лет. Я готовилась поступать в университет. Меня попросили его опознать, поскольку, кроме меня, больше некому было это сделать. Он окончательно спился, у него не осталось ни родственников, ни знакомых. Я даже не знаю, где он обитал все эти годы. Наш дом сдали в аренду за долги. И вот я вновь встретилась с ним — в больничном морге. И обрадовалась этой встрече, Дэн! — призналась Хелен. — А теперь мне ужасно стыдно.