– Я схожу с ума, - пробормотал чародей, - Что со мной происходит? Леди, Леди...Мой разум покидает меня. Я схожу с ума!

В этот самый миг, за сотни миль от тайной комнаты, "Морской Чёрт" бойко разбивал форштевнем валы, катящиеся навстречу кораблю и деревянный дьявол, почерневший от времени, ехидно улыбался, насмехаясь над попытками океана преградить ему путь.

Джонрако протянул зрительную трубку Шании, которая всё это время умоляюще смотрела на капитана и девушка благодарно склонила голову, приняв в руки оптический прибор. Взглянув в окуляр, Шания издала изумлённый возглас и тотчас испуганно убрала трубку от глаза. Осмотрев прибор со всех сторон, она, тем не менее, вновь подняла его, наблюдая за приближающейся землёй.

– Просто поразительно, - прошептала девушка, - Так интересно! Только что он был так далеко, а теперь - рукой подать. А вот я опускаю эту штучку и остров опять далеко! В этом наверняка есть нечто волшебное.

– Ни капли, - ухмыльнулся Джонрако, раскуривя трубку, - Обычные законы оптики. Помнится в Твайрской академии мне все мозги проели этими законами, будь они неладны! А ведь когда-то я тоже думал, будто в этих штуковинах таятся крохотные чёртики.

– А что это за остров, Карт?
– поинтересовалась Шания, не отрываясь от окуляра, - Кажется я читала, будто там живут одни дьяволопоклонники. Они нам ничего не сделают?

Джонрако презрительно сплюнул за борт, намереваясь разразиться пространным язвительным замечанием, но не успел. Вместо него ответил Хастол, который вольготно расположился у поручней спардека, подставляя лицо порывам океанского ветра.

– Карт - остров, сотворённый Молитаром в качестве подарка жителям нашего мира. В те времена Тёмный перестал таить злобу на свои создания и создал идеальную землю, без опасных животных и вредных насекомых, землю плодородной почвы, изобилующую дичью и рыбой. Более того, он открыл здесь источник, продлевающий человеческую жизнь. Но и этого мало; после того, как люди приняли бесценный дар создателя, он принялся учить их, передавая свои знания.

В этот раз Молитар нашёл благодарных учеников, которые внимали учителю и следовали за ним. Очень скоро жители Карта использовали полученные знания и их остров превратился в средоточие знаний и процветания. Немного оставалось до того момента, когда Карт стал бы настоящим раем на земле. Тогда Молитар намеревался перенести своё благословение на остальные острова и континенты, пока весь Магистериум не превратился бы в цветущий сад, полный счастливых обитателей.

– Сказки!
– фыркнул Джонрако, попыхивая трубкой, - Такие любят задвигать чокнутые монахи из Культа Перемены Сезонов. Чушь!

– И что же случилось?
– спросила Шания, которая так заинтересовалась рассказом, что даже опустила зрительную трубку, - Почему у него не получилось?

– Молитар оказался предан и сокрушён, - потемнев лицом, пробормотал Черстоли, - А на остров пало проклятие.

– А кормят тут плохо!
– проворчал Ива, угрюмо разглядывая приближающийся берег Карта, - Когда я во время сегодняшнего завтрака взял кусок жаркого, то едва не сломал правый верхний клык. А что сказать про бульон, который недосолили? Зато перца положили столько, что желудок печёт до сих пор! Ром - кислющий и могу авторитетно заявить, что бочки, где его хранили, пропускали воздух. Если от всей несъедобной гадости я заработаю язву желудка, то в этом не будет ничего удивительного. И это я упомянул завтрак и обед, а ведь, если судить по запаху, то ужин окажется ничем не лучше. Внюхаться только в прогорклый аромат! Не иначе повар готовит на испорченном масле и я думаю...

Его нытьё раздавалось в почти полной тишине подступающего вечера. Шхуна огибала юго западную оконечность острова, приближаясь к месту, обозначенному Хастолом на карте. Джонрако категорически протестовал против приближения к южному побережью в темноте, но парень сумел убедить морехода и тот, скрепя сердце, согласился.

Слабый ветерок подгонял "Морского Чёрта" и тот рассекал зеркальную поверхность океана, оставляя за собой пенный след. Свободные от вахты матросы решили развлечься и принялись тралить близкое дно, в надежде разжиться каким-никаким уловом. Счастье уже успело улыбнуться рыболовам и по палубе прыгали блестящие рыбины, размером в половину человеческого роста. Огромные кошелькообразные пасти, полные острых зубов, безмолвно открывались, а тёмные плавники вяло шевелились в воздухе. Санорени, неуверенно вынырнувший наружу, уже успел оценить добычу и теперь что-то подсчитывал на пальцах. Толстые гнубы кока шевелились, а глаза жадно сверкали.

Джонрако, Хастол и Шания сидели за столиком, где дымились кружки какао и хвастались поджаристыми боками свежеиспечёные булочки. Четвертый табурет предназанчался Иве, но тот предпочёл вкусному напитку бесконечные жалобы о своей несчастной судьбе, покатившейся под откос, после того, как его силой притащили на этот гнилой кусок деревяшки, который вот-вот отправится на дно, вместе со своими несъедобными завтраками, кислым ромом и жёсткими койками.

Люди молча пили какао и тепеливо переносили стоны, начавшиеся со вчерашнего дня. Привыкнуть к ним оказалось невозможно, но можно было просто игнорировать.

– А эта бесконечная качка?
– бурчал Ива, - Когда я, пятнадцатьлет назад, плавал на "Незаметном", капитан оказался достаточно щедр и раскошелился на опытного морского чародея. Он-то позаботился, чтобы пассажиры не страдали от морской болезни.

– Так ты утверждаешь, что я жаден?
– спросил Джонрако, откупоривая бутылку коньяка. Капитан наполнил свой бокал, после чего предложил напиток пассажирам. Хастол согласился, а Шания неуверенно пожала плечами, так что мореход плеснул ей на самое дно, - В таком случае надо распорядиться, чтобы кок урезал порцию, которую готовит для тебя. Раз уж я скуп, чёрт меня дери, нужно начинать экономию.