«Любовь никогда не ослепляла Куай-Гона. Но она ослепила меня».

Теперь между ним и Энакином лежала слишком глубокая пропасть - и это в то самое время, когда ему нужно быть к падавану ближе, чем прежде. Чувства подсказывали Оби-Вану, что Энакин сильно изменился со времени перед сражением на Геонозисе. Он знал, что Энакин побывал на Татуине. Он знал, что мать Энакина мертва. Он знал, что между Энакином и несравненным сенатором Падме Амидалой возникла связь.

Он ощущал, что некоторые изменения были к лучшему, некоторые нет. Как будто Энакин стал более твёрд. И более скрытен. Одно Оби-Ван видел ясно: Энакин больше не ребёнок, он стал мужчиной.

Какими бы ни были эти изменения, они не принесли Энакину утешения. Оби-Ван чувствовал беспокойство своего падавана, его нетерпение. Он видел, что Энакин больше не чувствовал прежнего умиротворения в Храме. Он всегда хотел быть в движении, находиться где-то далеко.

Оби-Ван стоял в дверях Комнаты Карт Храма и наблюдал за Энакином. Это было местом, куда Энакин приходил, когда его мысли не находили покоя. По какой-то причине его падаван успокаивался, когда появлялись десятки голограмм вращающихся планет, а разные голоса произносили детальные их описания: географию, язык, правительство, обычаи. Из хаоса голосов Энакин выделял один голос, потом другой, потом ещё, пока не слышал ясно каждый голос среди общего гомона.

Оби-Ван видел, что Энакин уже очень пристрастился к этой игре. Голограммы кружились вокруг его головы как сердитые насекомые. Для Оби-Вана голоса сливались, путались. Он не мог себе представить, что кто-то находит во всём этом покой. Пока он смотрел, Энакин поднял палец и добавил ещё одну планету в общий хоровод.

– Энакин.

Энакин не обернулся, как сделало бы большинство существ. Вместо этого он поднял руку. Один за другим голограммы планет исчезли, голоса отключились, пока не замолчал последний - Оби-Ван отметил, что рассказывалось о драгоценных металлах на Набу. Энакин встал и повернулся. Оби-Ван видел, что Энакин никак не привыкнет к своей новой искусственной руке. Он прижимал эту руку немного ближе к телу. Это разрывало Оби-Вану сердце.

– Учитель?

– Мастер Йода попросил нашего присутствия.

– Новое задание?

– Не знаю.

За последнюю неделю много нужно было сделать и ещё больше запланировать - слишком много сражений. Совет джедаев постоянно собирался, обсуждая стратегии. Было необходимо тщательно разместить джедаев, где они больше всего нужны. Системы и планеты стали уязвимы, а многие были стратегически важны. Сепаратисты захватывали планету за планетой принуждением и силой. Верховный канцлер Палпатин обещал помочь планетам, верным Республике.

– Ты всегда идёшь в Комнату Карт, когда тебя что-то беспокоит, - сказал Оби-Ван по пути к мастеру Йоде.
– Хочешь поговорить об этом?

– Что толку от разговора?
– Энакин сделал беспокойный взмах рукой

– Иногда есть, - сказал Оби-Ван мягко.
– Энакин, я вижу, что прошлые месяцы наложили на тебя отпечаток. Я – твой учитель. Я обязан помочь тебе.

Он мог видеть своего падавана только в профиль, но рот Энакина сжался:

– Я видел то, что лучше не видеть. Я не думал, что умрёт так много джедаев. Я не думал, что вчерашний великий мастер-джедай может пасть так низко.

– Падение графа Дуку обеспокоило всех нас, - признался Оби-Ван.
– Теперь у нас появился великий и влиятельный враг.

Его мысли вернулись к сражению с Дуку. Он никогда прежде не встречался с такой мощью. Он никогда не сталкивался с тем, что полностью одолело его. Даже встреча с повелителем ситхов, который убил Куай-Гона, была не такой. Если бы только Куай-Гон был жив, чтобы просветить их насчёт Дуку. Теперь Оби-Ван вспоминал и удивлялся, почему Куай-Гон никогда не говорил о своём учителе. Об этом он тоже никогда не узнает.

Он хотел бы больше времени поговорить с Энакином, но они остановились перед приёмной Йоды. Оби-Ван шагнул вперёд, чтобы открыть дверь, но она заскользила прежде, чем он успел это сделать сам. Йода всегда на шаг опережал его.

И всё же Йода припас для них сюрприз посильнее. Он стоял посреди комнаты с Нодом Лорианом. Лориан постарел, его волосы теперь были абсолютно седые. Уже не столь стройное, его тело все ещё выглядело сильным. Одетый в плащ из ткани веда, он походил больше на успешного коммерсанта, чем на воина, но это был определённо Нод Лориан.

– Что он здесь делает?
– проворчал Оби-Ван.

Он редко бывал невежлив. Но в последнее время у него отпало всякое желание скрывать свои чувства. Энакин был не единственным, кто проявлял нетерпение.

– Чтобы помочь джедаям, Нод Лориан прибыл, - сообщил Йода.

– Неужели?
– Оби-Ван вошёл. – Хотите создать здесь собственную службу безопасности, Нод?

Лориан слегка склонил голову, как будто ожидал насмешку Оби-Вана и принял её за должное.

– Я знал, что встречусь здесь со скептицизмом, - ответил он. – Могу только признать, что не всегда действовал в соответствие с галактическими законами. Но теперь, когда всё так серьёзно, я считаю, что должен вернуться к своим началам. Я хочу помочь джедаям.