Тут уже я перебила:

– Генри, раз уж мы помолвлены. Спасибо! Я сделаю что угодно, только бы не разлучаться с сыном. Я благодарна, безумно благодарна! Я бы её действительно убила…

Я разревелась, а Тофти ругал друга в голос:

– Не мог чего-нибудь другого придумать? Куда тебе, старому, к юной свататься? Генри, ну тебе же не восемнадцать! Надо же думать!

Генри улыбался, как кот, наевшийся сметаны:

– Какой сегодня роскошный день! Сказку слушал, песни слушал, невестой обзавёлся, скандал слушал! Да мне уже года три не было так весело! И ты хочешь, чтобы я от неё отказался? Да ни за что! Пусть мне завидуют, пусть! Какая невеста у старины Шаффика! Огонь! Поёт, сказки рассказывает, в змею превращается!

Я продолжила ему в тон:

– Огонь! Нищая, с сомнительной родней и репутацией, заурядная вдова с ребёнком на руках, без связей и яркой внешности. Мезальянс, лорд, не находите?

Он отмахнулся:

– Тебе не идёт, не прибедняйся. Ты – протеже Министра, это кое-что да значит. Кроме того, ты – аристократка, из тех самых Гонтов, у тебя в Роду сам Слизерин отметился, что же в браке с тобой зазорного? Я успел первым, твои дети – это же золотой генофонд нации! Так что, Китти, мы завтра идем к Министру на приём. Вместе. Я заеду за тобой в шесть тридцать. Целую!

Он проворно стукнул тростью об пол, и мгновенно появились два важных домовых эльфа в наволочках с неясным гербом. Один из них вёз кресло, второй почтительно обратился к хозяину:

– Маста, кресло на зюйд-зюйд-ост спинкой к Вам.

Лорд кивнул и переместился по воздуху прямо в кресло на колёсиках. Все трое пропали с хлопком.

Я рухнула на ближайший стул.

– Дура, как я могла? Я же чуть жизнь малышу не загубила! Дура, дура!

Профессор Тофти аккуратно положил мне руку на плечо:

– Девочка, всё к лучшему. Генри никогда не делает ничего просто так. Он этого хотел, иначе бы с ходу придумал тридцать три других варианта, как тебя успокоить. Он ни за что в этом не признается, но мне кажется, что он влюблён. В твой голос, в твою мягкую манеру разговора, в твои добрые сказки. Прошу тебя, пусти его в свою сказку. Он бесконечно одинок. Пять лет назад их было восемь человек, большая семья. Две сестры, мать, двое дядей с женами, но почему-то не было потомства. Никто особенно не расстраивался, все молодые, вся жизнь впереди. Генри винит себя в их смерти. Всё так глупо получилось. Он привёз в поместье дракона. Он моряк, ты заметила? Обожал таскать всякие диковинки. Поместье забито чудесами со всего света. Места там было много, можно было разместить хоть десятерых, и то было бы незаметно. И никто не подумал, что дракон может оказаться больным. Драконья оспа выкосила всю семью за неделю. Генри не знал: опять умчался что-то исследовать. Вернулся после похорон. И сам свалился с тем же диагнозом. Я боялся, что потеряю друга. Но он выжил, хотя и потерял зрение и способность ходить. Сначала он только видеть не мог, ноги отказывали постепенно, хотя врачи считают, что органических поражений позвоночника нет. Генри переделал трость из своей палочки и научился колдовать без слов и традиционных движений. Он очень сильный маг, Китти. И знаешь, пожалуй, я должен тебе рассказать. У его сестры был такой же голос, как у тебя. Когда он метался в бреду, он звал её и просил, чтобы она ему спела. Только тогда он успокаивался. Я взял на себя грех и наложил «империо» на одну маггловскую оперную певицу. Я заставил её петь целыми днями у его кровати. Он этого не помнит, но только благодаря этому мой друг остался в живых. Я отпустил её через неделю и изменил воспоминания. Ну вот, ты знаешь мою страшную тайну. Ты вызовешь авроров, Кэтрин?

Я замотала головой:

– Никогда. Спасибо, профессор Тофти, я рада за Генри, у него есть настоящий друг. Знаете, я согласна на помолвку. В конце концов, вы правы. Оба. Для меня это шанс, который бывает раз в жизни. Я поклялась обеспечить моего сына лучшим, чем смогу. Мне нравится лорд Шаффик, а многие семейные пары не могут похвастаться и тем малым, что есть у нас. Взаимная симпатия – это хорошее начало.

Так я стала невестой лорда Шаффика…

Примечание к части * Я потом объясню, в следующей главе...

Глава 7

Домой я вернулась довольно рано, всего-то в восьмом часу вечера. Мне казалось, что прошёл целый год, а дома всё было по-прежнему. Трейси была чем-то расстроена, и я немедленно поинтересовалась, что случилось. Оказывается, у профессора разыгралась подагра, а лекарства помогали слабо. Он был зол, как многие мужчины, когда болеют. Я обрадовалась, что могу помочь, и помчалась за мазью, приготовленной по рецепту Меропы. У меня скопился целый склад зелий и настоек, сделанных по семейным рецептам. В отличие от традиционных зелий, настои и притирки Меропы помогали и обычным людям, так как она не использовала магию для изготовления большинства своих снадобий. Мы договорились, что в случае успеха Трейси посидит следующий вечер с Корвином. Я пошла вместе с ней и массажными движениями втёрла мазь в распухшие запястья Вацлава. Через пятнадцать минут Трейси примчалась ко мне и бросилась обниматься:

– Кэтрин, это просто чудо, что за мазь! Вацлав скачет, как молодой козлик! Спасибо, спасибо! Завтра приведи Корвина ко мне, хорошо?

Она убежала, а я стала с грустью раздумывать, если бы я могла так же легко помочь Генри… Хотя, стоп. Змеи в родстве с драконами. Драконья оспа привела к осложнениям. Может быть, я смогу помочь и лорду Шаффику? Я решила расспросить Татину, может, она что-то знает? По крайней мере, у меня появилась робкая надежда. К тому же, я должна была рассказать новости семейству. Змеи были ленивыми и спали большую часть дня. Руноследы не впадали в полноценную спячку, но проявляли куда меньше активности зимой. Я нашла их всех троих в саду и попросила зайти домой. Корвин игрался с кубиками и строил башню возле камина. Вся семья собралась, я откашлялась и рассказала свои новости. Удивил меня папа-змей. Первый раз за всё время пребывания в доме я услышала его голос: