Сегодня она проводила в Венеции свой последний день, поэтому не хотела тратить время на ожидание какого-то виртуального незнакомца, который был моложе ее на двадцать лет да и, вообще говоря, наверняка уже забыл о ней. Она планировала провести этот день, посетив магазинчики, торгующие сувенирами, чтобы купить подарки тем, кто ждал ее дома. Чтобы успеть все сделать к моменту встречи с молодым человеком, Сара поднялась, позавтракала и ушла из отеля, когда еще не было восьми.

Они познакомились утром на пароме в Торцелло. Ее группа разделилась, только несколько человек изъявили желание совершить долгую прогулку через лагуну. Среди туристов преобладали пожилые семейные пары, которые прибыли из Нью-Йорка или Нью-Джерси. Все они были лет на десять старше Сары, которая не имела с ними ни общих интересов, ни желания общаться. Они постоянно жаловались на еду в отеле и на дороговизну. Всю неделю она пыталась держать дистанцию, вежливо отклоняя все их приглашения. Ее лучшая подруга Айрис, вместе с которой Сара и планировала отправиться в туристическую поездку, в последнюю минуту была вынуждена отказаться, потому что у ее матери случился сердечный приступ. Сначала Сара тоже хотела отменить это путешествие, но она ни разу в жизни не была в Венеции, поэтому решила не упускать такую возможность.

На пароме она болтала с двумя веселыми вдовушками. Обе женщины были из Ньюарка и всю дорогу не переставали смеяться. Затем она отошла от них, чтобы найти тихое место и спокойно посидеть с книгой.

Молодой человек появился на пароме, когда они делали остановку в Лидо. Он занял место через проход от нее. Судя по виду, ему было не больше двадцати восьми лет. Он был в строгой белой рубашке и черных, с наутюженными стрелками брюках. Заметив, что она смотрит на него, незнакомец улыбнулся в ответ чарующей улыбкой. Сара тут же вернулась к своей книге, надеясь, что неожиданное волнение не отразилось на ее лице. Краем глаза она увидела, как молодой человек вытащил из своей черной кожаной сумки альбом для эскизов и пролистал его, пока не нашел нужную страницу. Потом он взял в руку карандаш и приступил к работе.

Сара заметила, что это был рисунок, воспроизводивший какой-то старый дворик и роскошный дом. Черным контуром художник тщательно обрисовал разрушенные камни и красивые, узорчатые окна. Было видно, что он внимателен к деталям, которые повторяет, полагаясь на память или на собственное воображение. Как бы там ни было, но его работа производила впечатление. Молодой человек снова обратил внимание, что она смотрит на него, и изящным движением развернул рисунок, чтобы ей лучше было видно, что он делает. Они разговорились. На своем энергичном английском незнакомец сообщил Саре, что он из Рима, а в Венецию приезжает каждую весну, чтобы навестить свою престарелую тетю. На этом рисунке был изображен ее дом.

— Должно быть, она важная дама, если живет в таком шикарном доме, — сказала Сара.

— Это я его так нарисовал. Ей понравится.

— Вы рисуете великолепно.

— Спасибо. Но я знаю, что я слишком техничен. Я изучаю, как это по-английски?.. Я изучаю архитектуру.

— Архитектуру? Мой муж был архитектором.

— О! Уже нет?

— Я неправильно выразилась. Он по-прежнему архитектор, но просто теперь он мне не муж.

Когда они прибыли на место, то, сами того не замечая, пошли рядом по дорожке, ведущей к старой церкви. Яркое весеннее солнце было горячим, и его лучи весело играли на белых камнях старых строений. Сара сняла свитер и повязала его вокруг бедер, как делают тинейджеры. На ней была розовая футболка без рукавов и белая льняная юбка.

Молодой человек рассказал ей, что прибыл в Торцелло, чтобы запечатлеть в рисунках знаменитую колокольню. Казалось, будущий архитектор очень хорошо осведомлен в области истории. Он поведал Саре о том, что колокольня была построена в V веке и появилась на карте раньше самой Венеции. Когда-то это место было знаменитым и процветающим. Численность населения достигала двадцати тысяч, но малярия заставила людей покинуть насиженные места. Большинство зданий превратились в руины и исчезли. В эти дни здесь всего несколько сотен жителей, не больше.

Возле церкви молодой человек показал ей грубо вытесанный каменный трон, на котором, как предполагалось, восседал сам Аттила, вождь гуннов.

— Вы верите, что он сидел на нем? — спросила Сара.

— Недолго. Похоже, он не очень удобный.

— Может, это и стало причиной его беспощадности?

Они вошли в церковь. Внутри было прохладно и темно. Люди почтительно перешептывались. Сара и ее новый знакомый благоговейно застыли перед золотой мозаикой Мадонны с младенцем. Сара услышала, как молодой человек шепчет ей что-то. По его мнению, это самая важная достопримечательность, ради которой и стоит ехать в Венецию. Он бы еще отметил Сан-Рокко. Он спросил ее, была ли она там. Когда Сара ответила отрицательно, он немедленно предложил стать ее сопровождающим на следующий день. Польщенная и приятно удивленная таким вниманием со стороны молодого красивого человека, который по возрасту годился ей в сыновья. Сара согласилась. У него была чудесная кожа, безупречные зубы и ясные карие глаза. Она оставила его в церкви, чтобы он мог сделать наброски колокольни. Они представились друг другу лишь после того, как обменялись рукопожатием, тепло прощаясь по окончании экскурсии. Его звали Анджело.

И вот теперь она стояла здесь, как они и договорились. Настоящая идиотка. Она торчала у входа в эту чертову достопримечательность, и над ней подсмеивались зеленые школьницы, которые, наверное, приняли ее за перезрелую вертихвостку. Ей приходилось невольно напрягаться, стараясь выглядеть непринужденно и беспечно в своем шикарном темно-синем платье от Армани. Нервно затянувшись, Сара незаметно посмотрела на часы. Она дала ему двадцать две минуты (две сверху, чтобы и здесь пойти наперекор привычкам своего бывшего мужа). Все, с нее хватит. Она раздавила окурок туфлей, показала язык самой наглой из уставившихся на нее девиц и зашагала прочь.

Спустя три минуты Сара услышала свое имя. Оглянувшись, она увидела Анджело, который бежал за ней через мост. Она спокойно подождала его, а когда он с ней поравнялся, одарила его самой ледяной из своих улыбок. Молодой человек сильно запыхался и тяжело дышал, но немедленно приступил к объяснениям. Оказывается, его тетя неожиданно заболела. Сара подумала, что можно было бы придумать кое-что и получше, но он казался искренне расстроенным тем, что заставил ее ждать, поэтому она с легкостью его простила. В конце концов, он был гораздо более приятным компаньоном, чем веселые вдовушки, которые, впрочем, наверняка уже списали ее со счетов как слишком заносчивую особу.