Именно поэтому ее письмо с просьбой о встрече стало для Джоша полной неожиданностью. Было очевидно, что Кэти написала его, чтобы сообщить ему нечто важное, так как она прислала его на адрес школы и строго-настрого приказала не говорить о нем родителям. Получив письмо, Джош вызвал кучу насмешливых замечаний и поток бесконечных вопросов: «Эй, Джош, от кого любовное послание?» Единственный человек, которому Джош рассказал о письме, был Фрэдди, его закадычный приятель. Он задумчиво потер подбородок и спросил, когда они с Кэти последний раз виделись.

— Не знаю, месяца два назад. А что?

— Получается восемь или девять недель. Так?

— Так. Какая разница?

— Ты с ней спал?

— Да, конечно, — беззаботно ответил Джош, пытаясь придать себе вид беспечного мачо, хотя на самом деле все было почти катастрофически неудачно. — А что?

— Она беременна.

Господи! Следующие три дня прошли для Джоша как в агонии. Точно. Фрэдди правильно догадался. Иначе зачем ей было напускать столько туману? Он хотел позвонить Кэти по мобильному телефону, но она запретила ему делать это. Вместо этого девушка дала ему какой-то незнакомый номер и сказала, что будет ждать его звонка ровно в час в этот четверг. Он должен позвонить с таксофона и убедиться, что за ним никто не наблюдает. Боже мой!

В четверг Джош набрал номер в одной из телефонных кабинок недалеко от школьной столовой, и она ответила сразу же. Он услышал шум уличного движения и понял, что Кэти тоже стоит у телефона-автомата.

— Что происходит? — спросил он.

— Мне надо с тобой увидеться. На выходные я приеду в Нью-Йорк. После полудня в субботу. Сможешь?

— Да, конечно. Кэти, не мучь меня, в чем дело?

— Не могу сейчас ничего рассказывать. Встретимся в «Блюминдейлз» на этаже, где продают косметику. Я буду стоять возле отдела «Кларинс». В два часа. Понял?

— Как называется отдел?

Она нетерпеливо повторила название еще раз. Он сглотнул от волнения и дрогнувшим голосом спросил:

— Кэти?

— Что?

— Ты беременна?

— Что?! Ради всего святого, нет. Конечно, нет. Послушай, я не могу говорить так долго. Я надеюсь увидеть тебя в субботу. Джош?

— Да?

— Убедись, что за тобой нет «хвоста».

Только сейчас до него начало доходить, о чем идет речь. Какой же он тупой!

— Это касается Эб…

— Джош, прошу тебя, заткнись! Мне пора.

Она повесила трубку.

И вот он здесь. Бродит по магазину, прохаживаясь вдоль витрин. Джош приехал сюда на час раньше. Времени оказалось так много, что он обошел уже все прилавки, заглянул во все уголки, несколько раз поднимался и опускался на лифте и эскалаторе, пытаясь вычислить, не увязался ли за ним какой-нибудь тип. Наверное, только по чистой случайности он не привлек к себе внимание охраны магазина.

До сегодняшнего дня Джош не принимал всерьез рассказы о слежке. Он едва мог поверить, что его электронная почта просматривается, а к телефонам подключены «жучки». Несколько недель после побега Эбби он наблюдал за каждой машиной, которая, на его взгляд, подозрительно долго не уезжала со стоянки, где он обычно проходил. Его внимание особенно привлекали фургоны с затемненными стеклами, как в кино, но вскоре Джош пришел к выводу, что даже если они и шпионят за ним, то делают это великолепно, потому что он ничего не смог заметить. А еще им, должно быть, ужасно скучно, потому что его собственная жизнь казалась Джошу слишком обыкновенной. Что уж говорить о настроении человека, которого заставляют следить за тем, как другой человек скучно и неинтересно живет?

Фрэдди, помешанный на компьютерах, сказал, что в наши дни все это можно устроить с помощью электроники. Фотографии делает спутник такой мощности, который найдет тебя и в темноте. Если это было правдой, тогда Джошу оставалось только расслабиться и ничего не предпринимать. Но по дороге из Лонг-Айленда, сидя в поезде, он старался заметить что-то подозрительное, для чего даже сделал две неожиданные пересадки, перед тем как взять такси на углу 55-й улицы и Парк-авеню. Джош поехал намеренно запутанным маршрутом, не забывая бросать взгляды через плечо, даже когда он уже входил в универмаг.

Два часа. Ура! Вот он, отдел «Кларинс», а вот и потрясающая Кэти Брэдсток, белокурая красавица. Она выглядела такой привлекательной в своем обтягивающем коричневом кожаном жакете с меховым воротом, черных широких брюках и серебристых сапожках, что Джош, увидев ее, немедленно почувствовал ускорение пульса. Кэти заметила его и улыбнулась, внимательно посмотрев на покупателей рядом с ним. Он обнял ее и поцеловал, и девушка попыталась ответить ему, но он тут же догадался, насколько она напряжена и напугана.

Кэти сказала ему, чтобы он следовал за ней. Она пошла так быстро, что Джош едва успевал. Вскоре они уже были на улице, где щедро светило апрельское солнце. Сохраняя все ту же бешеную скорость, они маршировали по тротуару. Впереди была закусочная, которую она, несомненно, присмотрела заранее, потому что уверенно направилась к ней. Пока они ожидали заказанный кофе, Джош старался говорить с ней по-приятельски, рассказывая, что его приняли в Нью-Йоркский университет и как он этому рад. Однако Кэти не проявляла никакого интереса к его новостям. Только когда они уселись в укромном уголке, где их никто не мог услышать, она заговорила: