– Я здесь! – крикнула я в ответ. – Со мной всё в порядке! Оставайтесь на месте! Я иду к вам!

Прежде чем вернуться к ребятам, всё ещё обеспокоенная, я бросила последний взгляд на сломанную витрину.

Логан, Дафна, Оливер и Алексей собрались в тесную кучку в кругу мёртвых Жнецов в задней части библиотеки. Валькирия заметила меня первой, и розовые, словно у принцессы, искры фейерверком вырвались из кончиков ее пальцев, намекая тем самым, как рада она была меня видеть.

– А вот и ты! – Дафна крепко обняла меня. – Почему ты сбежала? Мы так за тебя переживали!

– Знаю. Прости. Но вы довольно легко расправились с остальными, а мне не хотелось, чтобы тот последний Жнец сбежал.

Я рассказала всем, как заметила крадущегося Жнеца, как преследовала его и обнаружила, что он украл артефакты.

– Какие артефакты? – поинтересовался Оливер.

Я пожала плечами.

– Это-то и самое странное. Всего лишь шкатулку и несколько украшений. Согласно карточке с описанием, особой магии в них не было. Не понимаю, зачем прилагать столько усилий, вламываясь сюда, чтобы просто украсть драгоценности. Почему вместо этого они не украли оружие? Более могущественные вещи? Или хотя бы полезные в бою?

– Пойди, разбери этих Жнецов, – пробормотал Логан.

Я указала на трупы, лежащие на полу. Ребята сняли с их лиц резиновые маски, обнажая стеклянные тусклые глаза и искажённые болью лица. Мужчин и женщин было практически поровну и все взрослые.

– Что насчет этих Жнецов? Кто-нибудь их знает? Или как им удалось проникнуть на территорию школы и в библиотеку, не поднимая тревоги.

Логан покачал головой.

– Никого не узнаю. Может ты, Алексей?

Богатырь тоже покачал головой. – Нет, не узнаю никого из них.

– Может, Гвен сможет что-нибудь узнать с помощью своей магии? – предложил Оливер и посмотрел на меня. – Ну, знаешь, то, что ты сделала в доме твоей бабушки.

Я поморщилась. Оливер говорил о том случае, когда я воспользовалась своей магией, чтобы просканировать человека, напавшего на бабушку Фрост несколько недель назад вместе с Престоном и Вивиан – и которого бабушка убила. Мне не понравилась прикасаться к мёртвому, и я точно не хотела проделывать это снова с кучей мёртвых Жнецов. Но Оливер прав. Может, моя психометрия поделится со мной какой-нибудь информацией о Жнецах и их планах насчет артефакта.

– Цыганочка? – позвал Логан.

Я вздохнула. – Мне это не нравится, но я всё же сделаю.

Говоря это, я переходила от одного Жнеца к другому, снимала их окровавленные перчатки, прикасалась к рукам и смотрела на исходящие от них вибрации. Но воспоминания и чувства мужчин и женщин уже практически померкли. Я видела лишь картины схватки с моими друзьями, потом чувствовала боль, которую они испытывали, умирая от ран. Я прикоснулась к последнему Жнецу и, поднимаясь, покачала головой.

– Ничего, лишь парочка воспоминаний о схватке. Остальное уже исчезло.

Оливер обнял меня за плечи.

– Что ж, я просто рад, что мы это пережили. Мы с Алексеем погрузились бы в пучину боли, если бы тебе не удалось заполучить эти мечи с ножнами, Гвен.

Я слегка двинула локтем ему по ребрам.

– Ты бы сделал для меня то же самое.

Оливер усмехнулся.

– Возможно.

Я ударила немного сильнее.

– Несомненно.

Мы стояли, глядя на трупы. Логан глубоко вздохнул.

– Думаю, мне лучше позвонить отцу и рассказать, что случилось. И Метис с Аяксом...

– Гвендолин? – позвал знакомый голос. – Где ты? И почему не сидишь за прилавком?

Я совершенно забыла, что Никамедис куда-то уходил, но теперь он вернулся – и вновь библиотека напоминала зону бедствия. По полу разбросано битое стекло и книги, не говоря уже о мёртвых Жнецах, валяющихся в этом хаосе, словно забытые куклы. Я поморщилась. Это будет не так уж приятно.

– Гвендолин? – крикнул он снова. Не было смысла прятаться от него, так что крикнула в ответ:

– Я здесь!

Несколько мгновений спустя Никамедис завернул за угол офиса.

– Чем ты здесь занимаешься? Я готов закрыть библиотеку на ночь...

Библиотекарь оторвал взгляд от книги, которую читал. Его брови взлетели вверх, а глаза чуть не вылезли из орбит, когда он увидел кровь и трупы, лежащие на полу. У него отвисла челюсть, а в голубых глазах вспыхнула первая искра гнева. Никамедис нашел меня взглядом.

Я вновь поморщилась, точно зная, что за этим последует.

– Я могу это объяснить...