Значит, в его глазах я уже виновна.

– Я не сделала ничего плохого, – вновь повторила я.

Линус смотрел на меня ещё мгновение, а затем вместо ответа развернулся и присоединился к остальным членам Протектората.

– Не переживай, Гвен, – сказала Метис, подойдя ко мне. – Всё будет хорошо. Гадюка укусила Вивиан, а не тебя. Протекторат должен принять это во внимание.

Я покачала головой.

– Нет, они этого не сделают, – тихо произнесла, чтобы только она услышала. – Линус так сильно меня ненавидит. А поскольку один из членов Протектората Жнец, то они и подавно этого не сделают.

Метис поморщилась.

– Что ты имеешь в виду?

Я рассказала, что обнаружила осколок рубина в кольце Вивиан, принадлежащий Апате. Так же я обмолвилась, что заметила, как Вивиан посмотрела на кого-то из Протектората после того, как гадюка попыталась её укусить.

– Кто-то из них помогает ей, – сказала я. – В этом вся суть.

Метис сжала губы.

– Я скажу об этом Никамедису и Аяксу. Мы незаметно поспрашиваем, кто, где находился во время нападения Жнецов. Если одни из них Жнец – мы отыщем и позаботимся о нём или о ней. Можешь на это рассчитывать.

Я кивнула. Я была благодарна Метис за оказанное доверие, и что она не считала меня сумасшедшей или виновной, не думала, что у меня злые намерения, как это было бы в случае с Линусом.

Потом вместе с бабушкой, Метис, Аяксом, Никамедисом и, конечно же, Алексеем, продолжающим бдить, мы вышли на улицу. Судебный процесс занял больше времени, чем предполагалось, потому что уже наступили сумерки, так что территория школы окрасилась в лавандовый цвет.

Друзья ждали меня во дворе – Дафна, Карсон, Оливер и Логан. Они сидели на ступеньках, прижавшись к друг другу. И тут же вскочили на ноги, увидев меня. Бабушка тоже их заметила.

– Мне нужно поговорить с Метис, – сказала она. – Как думаешь, сегодня вечером с тобой все будет в порядке, тыковка?

– Всё хорошо, – ответила я. – Так или иначе мне нужно рассказать обо всем друзьям и предупредить их о Вивиан.

 Бабушка кивнула.

– Что ж, если я буду тебе нужна – звони. В любое время дня и ночи. Я тебя люблю. И не слишком беспокойся. Всё закончится так, как должно. Вот увидишь.

На мгновение у неё появился этот отсутствующий стеклянный взгляд, и древняя, невидимая сила сконцентрировалась в ней, заглядывая в будущее – моё будущее. Но затем её глаза вновь прояснились, сила исчезла, унесённая холодным ветром. Всё-таки от ее слов мне стало немного лучше.

Я обняла бабушку, после чего проводила ее взглядом, как она уходила вместе с Метис, Аяксом и Никамедисом по площади. Взрослые, склонив друг к другу головы, тихо разговаривали. Видимо я была не единственной, кому срочно нужно было разработать план. Но я была единственной, кого Ника выбрала своим чемпионом. Это я была той, кто на самом деле должен был защищать всех от Жнецов, и это я та, кто должен был убить Локи. Я любила бабушку и знала, что она и остальные взрослые заботятся обо мне. Но в то же время я понимала, что не могу на них положиться, чтобы выбраться из этих неприятностей. Потому что быть чемпионом – значит сражаться за себя самой, и я была полна решимости выиграть эту схватку с Вивиан.

Друзья подошли ко мне и по очереди подарили объятия. Оливер, Карсон, Дафна и, наконец, Логан, который крепко притянул меня к себе и больше не отпускал.

– Как все прошло? – спросил он, смотря на меня своими настойчивыми голубыми глазами.

– Ужасно, – призналась я. – Но самое ужасное – там появилась Вивиан.

– Что?! – практически закричала Дафна, и в воздухе вокруг нее вспыхнули розовые искры.

– Что она там забыла?

– Она хотела все свалить на меня.

Мы были не единственными студентами во дворе, и крик Дафны привлек внимание студентов. Я ответила на взгляды и вновь меня затопила их ярость. Но на этот раз я задавалась вопросом, кто из них был Жнецом – и сговорился против нас. Вивиан не единственный Жнец в Мифакадемии, и я не имею не малейшего представления, сколько ещё подростков шпионят за мной и моими друзьями. Да, возможно я параноик, но я не хотела рассказывать о своём судебном процессе во дворе, где любой мог пройти мимо и подслушать.

 – Пойдёмте, – сказала я друзьям. – Давайте уберёмся с холода, потом я вам всё расскажу.

Закончилось всё тем, что мы все втиснулись в мою комнату. Алексей, как обычно, ходил за мной. В коридоре, перед моей комнатой, он как обычно остановился и прислонился к стене. Выражение его лица было бесстрастным, но плечи немного опущены вниз. Я видела, что он устал, да я и сама устала.

Я остановилась в дверях.

– Не хочешь зайти?

Он покачал головой.

– Не думаю, что это хорошая идея.

Я кивнула. Проповедь, которую прочитал ему вчера Линус, видимо до сих пор не давала ему покоя, и я не могла винить его в том, что он не хотел настраивать против себя главу Протектората. Тем не менее, у меня было такое чувство, что я должна что-то сделать. Богатырь сражался в библиотеке со мной и друзьями, помог нам выжить в схватке. Он неплохой парень, просто попал в неприятную ситуацию. При других обстоятельствах мы, возможно, даже стали бы друзьями.

– Что ж, если передумаешь, просто открой дверь и заходи.