— Без телохранителей?

— Хотел встретиться с дедом. Я далеко не всегда беру с собой телохранителей.

Я сказал чистую правду. Мне казалось, что до тех пор, пока мои поступки не станут предсказуемыми, я буду оставаться в безопасности.

— Возможно, ты совершил ошибку, — заметила богиня.

— Может быть. Однако вы не собирались меня убивать — хотели просто напугать.

— Значит, ты считаешь, будто нападение организовала я?

— Да.

— И зачем?

— Ну, насколько мне известно, вы не в силах обратиться к смертному, если он сам к вам не взывает.

— Похоже, ты не слишком разозлился.

— Гнев вряд ли мне помог бы, не так ли?

— Да, конечно, но разве ты не привык к бесполезным выплескам эмоций?

Я с трудом подавил желание рассмеяться.

— Я работаю над собой.

Богиня кивнула, продолжая пристально меня разглядывать. Я вдруг заметил, что у нее светло-желтые глаза. Очень необычные. Я не стал опускать взгляд.

— Ты знаешь, босс, я не уверен, что она мне нравится.

— Угу.

— Что ж, — продолжал я вслух, — теперь, когда я здесь, что вы от меня хотите?

— Только то, что ты делаешь лучше всего, — ответила она, слегка улыбнувшись.

— Чтобы я кого-нибудь убил? — после непродолжительных размышлений спросил я. Обычно я не разговариваю так откровенно, но кто знает, как принято вести себя с богиней? — Я… взимаю за богов дополнительную плату.

Она продолжала улыбаться.

— Не беспокойся. Я не хочу, чтобы ты убивал бога. Речь идет все лишь о короле.

— Тогда ладно, — кивнул я, — никаких проблем.

— Хорошо.

— Богиня… — сказал я.

— Боюсь, тебе придется обойтись без обычных средств.

— Богиня.

— Да?

— А почему вас называют Богиня Демонов?

Она улыбнулась — и не ответила.

— Тогда расскажите мне о работе.

— К западу от Империи есть остров. Он называется Гринери.

— Я знаю о нем. Между Норпортом и Элде, правильно?

— Да. Население около четырехсот тысяч человек. Большинство из них промышляет рыболовством. Кроме того, там много фруктовых садов — в них выращивают плоды для материка. А еще на острове добывают драгоценные камни, которыми также торгуют с материком.

— Они драгейриане?

— Да. Однако жители Гринери не являются подданными Империи. У них нет домов, и они лишены связи с Имперской Державой. Ими правит король. Необходимо, чтобы он умер.

— А почему вы сами его не убьете?

— Остров защищен от волшебства, и я не в силах ступить на его землю.

— Но почему?

— Тебе этого знать не нужно.

— Ага.

— И помни, находясь на острове, ты не сможешь связаться с Державой.

— Почему?

— Тебе этого знать не нужно.

— Понятно. Ну, вообще-то я редко пользуюсь волшебством.

— Я знаю. Это одна из причин, по которой я к тебе обратилась. Ты согласен?

Мне очень хотелось спросить о других причинах, но они также меня не касались. Впрочем, я еще не обсудил с ней условий сделки.

— Каково ваше предложение?

Признаюсь, в моем вопросе содержалась некая толика иронии. И что я стану сделать, если она не захочет со мной расплатиться? Откажусь от заказа? Однако богиня спросила:

— Сколько ты обычно берешь за работу?

— Мне еще не приходилось убивать королей. Пусть будет десять тысяч империалов.

— Я могу сделать для тебя что-нибудь другое.

— Нет, благодарю. Я слышал множество историй о людях, чьи желания исполнялись. Я предпочитаю деньги.

— Очень хорошо. Значит, ты согласен?

— Конечно, — ответил я. — У меня сейчас нет срочных дел.

— Прекрасно, — сказала Богиня Демонов.

— Есть какая-нибудь дополнительная информация?

— Короля зовут Харо.

— Я полагаю, вы хотите, чтобы его нельзя было оживить?

— У них нет связи с Державой.

— Ага. Значит, тут проблем не будет. Хм-м… Богиня?

— Да?

— Почему я?

— Почему, Влад? — заговорила она, и мое имя в ее устах прозвучало как-то странно. — Это ведь твоя профессия, не так ли?

Я вздохнул:

— А я хотел заняться чем-нибудь другим.

— Быть может, — сказала богиня, — время еще не пришло. — Она улыбнулась, глядя мне прямо в глаза, все вокруг закружилось, и я снова оказался в подвале Южной Адриланки.

Я немного подождал, но из-за двери не доносилось ни звука. Я осторожно выглянул из-за угла, затем, после короткой паузы, направился к двери. Подобрал три своих кинжала и по лестнице поднялся наверх. В доме никого не было.