Нецис кивнул и задумчиво улыбнулся.

– Гельвия Лоти. Приятно было узнать об этом. Если повезёт, я обменяюсь с ней парой слов. Интересно будет обсудить Народ Н"гар с тем, кто видел их своими глазами... Хотелось бы знать, пригодились ей мои советы или нет. Сам я о Н"гар знаю понаслышке, и многое нуждается в проверке...

– Так ты с этой чародейкой близко знаком?
– Фрисс тихо хихикнул.
– С Пятым разрядом?! Да, странно, что с такими друзьями ты ещё не избавился от всех врагов...

– Хватит, Фрисс, - взгляд Некроманта стал ледяным.
– Я не смею называть Гельвию Лоти другом. Ей бы это не слишком понравилось. А что касается моих врагов... Та-а! Что это?!

Снизу, со стены, послышался тихий скрежет, и через край крыши перекинулась пара костяных лап. Тонкие белесые усики взметнулись в воздух, легонько дотронулись до сапога Некроманта - и над крышей взлетел на перепончатых крыльях иссиня-чёрный токатль.

Он был невелик - один закованный в чёрную чешую человеческий череп с зелёным огнём на дне глазниц, прижатые к "брюху" суставчатые лапы, вырастающие и втягивающиеся усы со всех сторон. Фрисс рывком поднялся и выхватил огненный меч, выставив перед собой руку с серебряным кольцом. Токатль не шелохнулся. Он висел в воздухе перед Нецисом и таращился на него огненными глазницами.

– Та-а... ман шимотлали!– вполголоса приказал Нецис, протянув к нежити руку, согнутую в локте. Токатль щёлкнул суставами крыльев. Костяные лапы обхватили предплечье мага, нижняя челюсть черепа качнулась вниз, и изо рта нежити показался край папоротникового листа.

– Что это за тварь?
– угрюмо спросил Речник, не торопясь убирать мечи. Алсаг шипел, прижимаясь к крыше, и бил хвостом по бокам.

– Вестник от Кэйшеса, - ответил Некромант, не отрывая взгляда от послания. Чёрные значки на листе были странно вытянуты и увиты спиральными хвостиками, отчего прочесть их было почти невозможно. Фрисс ещё и первых букв не успел разобрать, когда Нецис с тихим вздохом вложил письмо обратно в пасть токатля.

– Куалли... Ман шийяу!– прошептал он, погладив пальцем по чешуйчатой крышке черепа. Нежить мигнула глазницами и взлетела. Куда она помчалась, Фрисс рассмотреть не успел - эта костяная тварь перемещалась очень быстро.

Нецис тронул Речника за плечо. Глаза Некроманта горели холодным огнём - и Фриссу тут же стало не по себе.

– Дела плохи, Фрисс. В дни плодов Чинпы все ворота открыты, даже Кэйшес не смеет нарушить этот закон. И только что в ворота Талкеннора прошёл отряд "изумрудников". Две сотни от Ордена и две полусотни Цу, четверо Наблюдателей и ещё один - во главе. Это за нами. Боюсь, Фрисс, что спрятаться нам не удастся. Пора уходить...

***

Здесь, в огромном, ещё не до конца расчищенном зале, размещался когда-то не простой цех синтеза фрила или рилкара. В обычном фриловом цеху навряд ли покрыли бы стены жаростойкими пластинами высокой прочности, проложенными кеззиевой фольгой. И стены, и потолки, и полы... но даже такая надёжная защита не выдержала и рассыпалась под зубами тысячи тысяч крыс. Судя по виду этого зала, вся стая Хамерхета с того дня, как вторглась на станцию, точила тут резцы. Не выдержали даже стены - что уж говорить об установленном тут когда-то оборудовании... сейчас в его обломках, горой сваленных посреди зала, ничего нельзя было различить. Дюжина сарматов в тяжёлых скафандрах столпилась вокруг, сокрушённо вздыхая.

– Не люблю крыс...
– медленно проговорил Ангиран и поднял руку, подавая знак остальным рабочим.
– К делу.

– Грязно. Осторожнее, - отрывисто сказал другой сармат, взглянув на экран дозиметра и свернув чуткие перистые "усы" прибора. Ангиран протянул вперёд руку с растопыренными пальцами. Сарматы молча разошлись на пять шагов друг от друга. По потолку бесшумно скользнули подвешенные к параллельным рельсам короба, выдвигая широкие сопла.

Разнородные обломки не раз перемешались за пять тысячелетий, мелкое крошево слежалось в толстый рыхлый слой, осколки фрила погнулись и оплавились, прикипев друг к другу, редкие ошмётки металла вытекали из пальцев пылью. Сарматы выбирали обломки покрупнее, на мгновение смыкали на них "усы" анализаторов - и опускали в наклонные сопла, изредка обмениваясь парой слов. Пыль шелестела под ногами, прилипая к броне.

Большой - длиной с локоть - обломок синеватого полупрозрачного рилкара оказался в руках Ангирана. Сармат проверил его и небрежно разломил на четыре части.

– Стена, - бросил он, заталкивая кусок в короб.

Осколок совершенно прозрачного рилкара, не слишком толстый, но широкий и длинный, в сопло не пролез - его положили сверху.

– Иллюминатор, - покосился на него один из сарматов и бросил следом пару десятков мелких кусков того же вещества. Оно блестело в горе обломков, острые грани торчали из-под завала.

– Защита, - ещё один сармат выловил из груды остатки одной из пластин, покрывавших стены. Клок кеззиевой фольги высовывался из скола.

– Жёлоб, - тёмно-серый огрызок фриловой пластины, очень прочной и тугоплавкой, не хотел пролезать в сопло, и разрезать его не удалось.

– Хорошо, - кивнул Ангиран, осмотрев кусок серого фрила.
– В переплавку.

– Стена... стена... защита... жёлоб... стена...
– короба наполнялись быстро, обломков меньше не становилось. Из-под груды серых огрызков фрила показался тёмный бок чего-то большого и очень прочного. Оно было изгрызено крысами со всех сторон, но так и не разрушилось.