Разозлённо выпрямившись, финансист подбежал к О и злобно схватил его за грудки, притягивая к лицу.

– Ты охренел, что ли?! – рявкнул он, и Сехун довольно ухмыльнулся, перехватывая руки парня и отталкивая его от себя.

– А мне кажется, что это ты много на себя берешь, - хмуро покачал головой О, переводя взгляд с друга на застывших позади ребят. Тренер, которому внезапно позвонили, не заметил суматохи и выскочил из зала, прижимая телефон к уху, а потому, если завяжется драка, разнимать парней придется остальным игрокам, что пока что нерешительно глазели на разговаривающих.

– С чего бы это? – сузив глаза, ответил Лухан и презрительно отряхнул одежду, якобы избавляясь от следов чужих касаний. – Ты тоже мог бы играть в полную силу.

– Ты не играешь, а истеришь, - пожал плечами Сехун, складывая руки на груди и нахмуриваясь еще больше. – И, кажется, я даже понимаю, почему это происходит.

– Иди к черту, - выдохнул Лу, отступая на шаг. – Ты никогда ничего не поймешь.

– Если только ты сам не соизволишь мне сказать, почему так боишься быть решительным! – крикнул О в спину уже уходящего парня. Тот остановился и застыл на месте, будто собираясь с мыслями. Сехун выжидал реакции друга, потому что от нее зависело очень многое. Уже то, что Лухан вел себя подобным образом, наталкивало на мысль, что у него очень неспокойно на сердце, а если он захочет подраться, то тогда и вовсе нет сомнений: либо у него проблемы в жизни, либо он и правда влюбился в Пэй.

– И это говорит тот, кто запретил мне общаться с ней? – Лухан даже не отрицал факта, что разговор касался именно Лим, и Сехун снова не сдержал ухмылки. Значит, так и есть, а все его предположения до этого были необоснованными. Все-таки, сердце Лухана оттаяло, и Пэй просочилась в него, подобно инъекции, введенной в вену.

– Я не запрещал, а попросил не делать этого, - громко ответил Сехун, не обращая внимания на уже начавших перешептываться ребят. Им было интересно, с чего вдруг два лучших друга столкнулись лбами, и, осознав, что виной всему девушка, видимо, были впечатлены.

Лухан никогда не давал повода думать, будто он может быть влюблен лишь в одну-единственную. Постоянные блондинки, как клише, преследовали его повсюду, и он был даже рад этому, а теперь все изменилось. С парнем редко видели других девушек, только Сё Ри, да и то по ее личной инициативе.

– Но, если твое сердце болит, а мысли всегда с ней… - добавил Сехун, внимательно всматриваясь в спину напряженного парня, что так и не соизволил оглянуться. – То будь мужиком, пойди и скажи ей это прямо в глаза, пока я не передумал.

– Делаешь мне одолжение? – насмешливо поинтересовался Лу, продолжая стоять лицом к выходу, словно не хотел смотреть в глаза своему другу.

О задумчиво покачал головой, замечая, что ребята еще больше зашумели, пытаясь понять, о чем, собственно, талдычат эти двое, и ответил:

– Нет, всего лишь сообщаю, что использовал свой шанс, но ничего не получилось, поэтому мы теперь в равных условиях. Но если ты захочешь что-то изменить, то все только в твоих руках.

Лухан ничего не ответил. Поколебавшись пару минут, он вдруг покачнулся на пятках и резко рванул к дверям, оставляя растерянную команду и мягко улыбающегося Сехуна позади. Тренер, что как раз заходил в зал, удивленно спросил, куда он летит как сумасшедший, но парень лишь помотал головой и прошмыгнул мимо, исчезая в темноте университетского коридора.

После тренировки, объяснив тренеру внезапный побег Лухана тем, что ему позвонили родители со срочным требованием появиться дома, Сехун, переодевшись, шел к главным дверям университета, собираясь пойти домой и просто расслабиться у телевизора.

На душе все еще было неприятно, а сердце то выпрыгивало из груди, то наоборот - затихало настолько, что он начинал сомневаться: бьется ли оно вообще. Это было связано с тем, что его чувства не приняли, а девушка, которая ему так нравилась, предпочла другого.

Впрочем, Сехун уже давно начал замечать, что Пэй относится к Лухану не так, как в самом начале. Тогда парень вообще мало ее волновал, а когда она начала заступаться за него в их разговоре, О понял, что дело нечисто. Тогда-то и закралась первая мысль, что пора разлучать эту фиктивную парочку, но уже было поздно.