Он был даже не похож на себя. Его губы были глубокого красного цвета, и они были не такими гладкими, как обычно. Они выглядели сухими и неровными, щеки были бледными, глаза запали. Он выглядел так, будто не спал три дня. Я сузила глаза.

– Почему, чёрт возьми, ты сделала это? – он повысил голос.

– Потому что ты только что пытался стянуть с меня одежду!
– крикнула я в ответ.

– Господи, Скар, я не знал, что попытаться заняться с тобой любовью – это преступление, - ответил он.

– Это не преступление, Гарри, - я сделала паузы, чтобы подышать, потому что из-за всех мыслей в моей голове я бы, вероятно, забыла, что это нужно делать. – Ты просто…знаешь, я не готова к этому, тем более, когда ты в таком состоянии.

Я сделала жест рукой таким образом, чтобы показать ему, что не хочу терять девственность с пьяным человеком.

– Почему, по твоему мнению, я привёз тебя сюда?

– Что?

– Ты думала, я просто хотел познакомить тебя со своей мамой и сестрой?

Мои губы задрожали, когда я попыталась заговорить. Я чувствовала себя так, будто слова Гарри были крошечными иголками, и эти иголки вонзались в заднюю часть глазного яблока, из-за чего наворачивались слёзы. Я быстро вытерла соленые слезы с лица. Гарри фыркнул.

– Великолепно, я довёл тебя до слёз, да?

Я покачала головой и продолжала моргать. Я сразу же потянулась за телефоном и сумочкой, лежащими на тумбочке у кровати, и, пройдя мимо Гарри, вышла из комнаты.

– Скарлетт, куда ты? – кричал Гарри мне вслед, в то время как я спускалась по ступенькам.

Я надевала ботинки так быстро, как могла, и прокляла себя за то, что не взяла туфли, которые были бы более подходящими для драматического ухода, который я пыталась разыграть.

– Скарлетт! – Гарри закричал снова.

– Замолчи, Гарри! – крикнула я, когда, наконец, натянула ботинок на пятку.

Его глаза расширились, когда он услышал мой тон и увидел тушь, растекающуюся по моим щекам от слёз из-за дурацкого парня со своими дурацкими кудряшками.

– Ты разрушил это, понимаешь? Ты всё разрушил.

– Пожалуйста, просто…

– Нет, - я покачала головой, - ты сказал всё, что хотел. Теперь я говорю, что хочу.

Челюсть Гарри сжалась.

– И я хочу сказать… прощай, Гарри.

Я захлопнула дверь и продолжила идти.

В груди у меня было такое чувство, будто миллионы кирпичей навалились на неё. Стоящий в горле ком душил меня, а слёзы ослепляли.

Ноги привели меня в небольшой магазин Tesco около дома Гарри, и прежде чем войти туда и согреть свои онемевшие пальцы, я сделала всё возможное, чтобы стереть чёрные пятна со своих щек. Тепло магазина было, вероятно, единственной хорошей вещью на данный момент.

Я разблокировала телефон, который прижимала к груди на протяжении всей прогулки, и набрала номер единственного человека, который, как я думала, не спал и мог меня спасти.

Прозвучало два гудка, прежде чем Зейн ответил.

– Я надеюсь, что не разбудила тебя, - прохрипела я, наблюдая за человеком с избыточным весом, который взглянул в мою сторону.

– Нет-нет, не разбудила. Ты в порядке? – спросил он. – Ты плакала?

– Немного, - очередной приступ рыданий, казалось, вот-вот нахлынет, но, глубоко вдохнув, я остановила это.

– Что? Из-за чего? Гарри в порядке? Он что-то сделал?

– Не мог бы ты забрать меня? – я не обратила внимания на его вопросы. – Я в каком-то Tesco недалеко от дома Гарри. Ты не должен, я просто… я не знала, кому ещё позвонить.

– Да, я приеду, просто оставайся там, хорошо? Купи колу или ещё что-нибудь и никуда не уходи, ладно?