— Мы будем рады, если Энди останется у нас, — сказала ей Лаура.

— Поверь мне, она бы с огромным удовольствием… если бы не возможность помыкать Джастином.

Гейли взглянула на Герри с изумлением.

— Если бы мы оставили девочек без присмотра, к нашему приезду от дома ничего бы не осталось. Ты уверена, что отдаешь себе отчет в том, что делаешь?

Герри пожала плечами, и лоскуты с ее черных локонов упали на пол.

— Оба выходных они будут у своего отца. И Клэр пообещала наведываться к ним как минимум раз в день. Кроме того, я не могу продолжать относиться к Энди как к ребенку. Ей шестнадцать… о чем она не устает мне напоминать. — Герри подмигнула Анне. — Подожди, когда у тебя появятся дети, ты меня поймешь. Менять пеленки — это самое легкое из всего, поверь мне.

— Разве я этого не знаю! — Сэм закатила глаза.

Анна внезапно почувствовала острую боль. Будут ли у нее когда-нибудь дети? Она взглянула на Лауру, которая уставилась в пустоту со странным выражением лица. Анне стало интересно, думает ли она о младенцах, которых у нее никогда не будет. Бедная Лаура! Она так сильно старалась наладить семейную жизнь с Питером, а потом он бросил ее ради женщины, которая сразу же забеременела…

Через некоторое время Лаура успокоилась и сказала:

— Раз уж мы коснулись этой темы, леди, вы вправе первыми узнать… — на ее лице появилась блаженная улыбка, и Анна почувствовала, как ее сердце забилось при мысли: «Она беременна!» — Мы с Гектором решили усыновить ребенка. Я имею в виду младенца, — быстро добавила она, так как у них уже была дочь — Финч.

— Боже мой! — Гейли выпрямилась.

— О, Лаура, это чудесно! — Анна вскочила и обняла свою подругу. Возможно, ее немного задело то, что она лишь сейчас об этом услышала, но она все равно была взволнована. Никто не заслуживал этого больше, чем Лаура.

— Дочь моей подруги Салли усыновила прелестного маленького мальчика, — вставила Норма. — Все говорят, что он очень похож на нее.

— Наш больше будет похож на Гектора. Мы ищем ребенка для усыновления в Мексике, — пояснила Лаура. — В агентстве предупредили, что это будет долгий процесс, но то, что Гектор по национальности мексиканец, должно помочь.

— Финч, наверное, взволнована, — сказала Анна.

— Вы даже не представляете себе насколько, — произнесла Лаура. — А Мод… ну, она на седьмом небе. Это все, о чем она говорит, кроме календаря.

Мод была не единственной, кто говорил о календарях с обнаженными телами, которые выпустил кружок кройки и шитья. Об этом гудел весь город.

— Им нужно было предложить мне попозировать. — Норма покачала бедрами и запустила руку в свои выкрашенные перьями волосы. — Я бы им такое предложила, что ни один покупатель не пожалел бы о своих деньгах.

— Я побывала на съемках. Это было нечто, — сказала им Лаура. — Вы бы видели Мод! На ней не было ничего, кроме шляпки и жемчуга. — Она захихикала, кивая головой.

— Когда мне будет за восемьдесят, — шмыгнула носом Гейли, — все, что я смогу показать, это мои корни.

Анна развеселилась. Так вот о чем говорили женщины, когда они не сдерживались. Всю свою жизнь она была толстой девочкой, вокруг которой люди вежливо ходили на цыпочках. Никто не говорил с ней о диетах, а тем более о том, как она будет выглядеть обнаженной. Даже разговоры на тему замужества и детей были сведены к минимуму. Неужели она действительно настолько изменилась?

Через несколько минут Анна уже сидела перед зеркалом.

Норма от волнения работала рывками. Никто не разговаривал; все были слишком увлечены, наблюдая за тем, как бабочка появляется из своего кокона. Даже Герри была непривычно молчаливой.

Когда Норма закончила, она выключила фен и отошла назад. Она была похожа на Боттичелли, торжественно открывающего «Рождение Венеры».

— Неплохо, я бы сказала.

Воцарилась тишина, затем Лаура тихим голосом сказала:

— О, Анна, ты великолепна!

Волосы, которые раньше уныло падали на плечи Анны, теперь ниспадали живописными слоями, длиной чуть ниже ушей. Легкомысленно торчащие пряди придавали им вид волос, слегка взъерошенных ветром, в стиле Мэг Райан. Анна поворачивала голову то так, то сяк, глядя на свое отражение с изумлением человека, внезапно натолкнувшегося на своего близнеца.

— Привет, — тихо промолвила она, и ее глаза наполнились слезами. Ее взволновала не только новая прическа. Ее двойной подбородок исчез, и скулы начали проступать там, где совсем недавно были только бурундучьи щечки. Благодаря этому ее глаза казались больше и более блестящими.

— Норма, ты — гений, — прошептала Гейли.

Норма улыбнулась так, как будто ей не нужно было комплиментов.

— Я всегда говорю: зачем платить целое состояние в Беверли-Хиллз, если здесь можно получить то же самое за сороковник?