– Я не знаю, чего ожидать от противника, поэтому...
– Начал было О'Райли, но его перебили.

– Армагеддона ждите.

– Не понял?

– Я во время войны первого контакта как-то столкнулся с турианским биотиком, предположительно девятого ранга, так тогда нам удалось задавить его лишь, накрыв ударом с орбиты.
– Продолжил хмурый мужчина, надевая шлем.
– А сейчас, если верить спутнику, там как минимум два биотика ранга восьмого-седьмого. Сработавшаяся боевая двойка. Я даже готов поспорить, что один из них штурмовик, а второй адепт. Такие группы у турианцев наших ротам клали. Я вообще не понимаю, чего хочет Управление, отдавая приказ на ЗАХВАТ подобной двойки. По мне ее нужно было накрыть их с орбиты, а потом, как у нас любят, списать все на аварию.

О'Райли про себя поморщился, он читал в характеристике Командора Стрейтона о его некоторой несдержанности, но не ожила столь агрессивной реакции на решение Управления.

Тем временем их "Гризли" в сопровождении еще трех таких же прибыл к неприметному складу, по данным со спутника, который вчера вечером ушел из зоны устойчивого регистрирования, именно здесь засели биотики.

В соответствии с планом операции простые оперативники полиции час назад перекрыли все пути отхода предположительного противника. Сейчас один из "гризли", с установленной глушилкой, под прикрытием остальных машин отключит в районе связь одновременно с этим штурмовые группы, уже продвигающиеся к основным выходам из здания, начнут захват.

Операция началась с громких хлопков подрывных зарядов, которыми штурмовики пробили себе путь в здание, а после началось то, чего О'Райли не мог понять. Его люди, успевшие войти в здание, наперебой засоряли эфир абсолютно бессвязной речью...

– Адепт.
– Процедил Командер Стрейтон и достал из-за спины свой дробовик, на что О'Райли нахмурился. По плану операции он вместе с штурмовиками-биотиками вступают в бой позже...

С грохотом, проломав основные ворота, из здания вылетело переломанное тело в полицейском снаряжении, следом за ним мощным биотическим толчком остатки от ворот вынесло на небольшую площадь перед складом, заставив при этом О'Райли пригнуться, а операторов орудий на Гризли направить их стволы в пролом.

Спустя мгновение из проема показалась человеческая фигура, облаченная в неизвестный ни Командеру ни О'Райли броне скафандр со снятым шлемом. Его светло-бежевые пластины были словно костяными... На лице незнакомца с золотыми глазами играла кровожадная нечеловеческая ухмылка с острыми и неестественно длинными зубами.

– Ну, здравствуйте!
– Крикнул он, расхохотавшись.

– ОГОНЬ!
– Вместе с тем заревел командер Стрейтон и первым пустил биотически удар в неизвестного. В следующее мгновение заговорили орудия гризли, а О'Райли заскрипел зубами, представляя, как он будет отчитываться о результатах неудачного захвата. Огонь вели до перегрева стволов, причем все, в том числе и чем-то перепуганный Стрейтон. А потом к О'Райли внезапно прикоснулась прохладная ладошка. Он резко обернулся и увидел девочку-альбиноса с яркими красными глазами, но в следующее мгновение, моргнув, он узрел своего секретаря.

– Лейтенант, что вы тут делаете?
– Негодующе спросил он, массируя свои виски, у него от всего этого грохота внезапно разболелась голова.

– Командер Стрейтон, и как это понимать?
– Раздраженно поинтересовался контрразведчик у чему-то улыбающемуся биотику.
– И где штурмовики?

Командер резко остановился, словно наткнувшись на стену, его карие глаза на мгновение стали золотыми, а после он горько вздохнул и обратился к лейтенанту.

– Альби подсоби, я еще не до конца освоился после поглощения...

– Что?
– О'Райли растерялся. А следующее мгновение он моргнул и, ощутив очередной приступ головной боли, внезапно вспомнил, что штурмовики все погибли прямо у него на глазах и он, горько вздохнув и представив, как же ему будет тяжело на докладе в Управлении, отдал приказ о сворачивании операции. И когда уже Гризли, в котором они с лейтенантом и Командером отбыли из портового района, прогремел мощный взрыв, заставивший О'Райли вновь скривиться. Как он не подумал отправить в здание саперов? На него это совсем не похоже.

* * *

К месту рандеву мы с Альби вышли лишь к вечеру, все пошло совсем не так, как я предполагал. Изначально я думал, что нас попробуют выкурить из здания какой-нибудь химией или еще чем-нибудь, но эти, с позволения сказать, "профессионалы" не нашли ничего лучше чему штурмовать нашу базу. Ага, базу окапавшихся псионика и боевого метаморфа, это даже не смешно. В общем с первой волной мы расправились играючи, Альби, как обычно накрыла всех псионным ударом, а я не шибко напрягаясь, нашинковал их мелкой соломкой, после, дожидавшись пока Альби поглотит Суть у парочки захваченных полицейских и разузнает об их плане по нашей ликвидации, который внезапно для меня превратился в план по захвату. Я нарастил на себе костную броню по максимуму, высвободил все те крохи Хаоса, что уже успели накопиться и вышел, поприветствовать наших гостей, и пока все внимание было сосредоточено на мне Анима, под отводом глаз прошмыгнула в тыл к противнику. Единственной неожиданностью для меня стала атака из всех стволов. Я предполагал, что со мной хотя бы вступят в переговоры и предложат сдаться, а тут на тебе. Слава Хаосу я успел нарастить аналог шлема из кости и защититься, а то так бы пришлось долго и упорно выковыривать из своей головы инородные металлические объекты, от такого бы я не умер... по крайней мере сразу, но вот недельку не дееспособным бы повалялся.

После того, как Альби парализовала разум главного на пару минут, я прекратил изображать из себя ростовую мишень, и одним прыжком сократив расстояние до противника, вступил с ним врукопашную. На этот раз мне противостояли уже местные псионики, и это было гораздо веселее, я даже больше скажу, в этот день я впервые в этом месте получил достойный отпор и знатно огреб.

Из-за высвобожденного мной всеизменчивого, не позволяющего местным слабо силкам воздействовать на меня, я чрезмерно расслабился, забив на меры предосторожности и бестолково, без малейшего маневрирования набросился на вражеских биотиков. Первых трех я разделал своим мачете, даже не заметив, но вот после. Оставшиеся штурмовики противника применили неизвестный мне способ сопряжения ментальных сил и вдарили по мне общими усилиями, как я после узнал, они применили на мне умение, которое здесь называется "деформация". Тогда моя броня затрещала, и я ощутил себя пережёвываемым кем-то неимоверно огромным. Лишь по неопытности моих противников, слишком рано отпустившим свое умение, не знающих о такой особенности метаморфов, как форсированная регенерация (да и откуда они могли ее знать?) мне удалось разорвать дистанцию и начать экстренно, сжигая, просто прорву жизненной энергии, переводить свой организм в полноценный боевой режим. К сожалению, тех несчастных десяти секунд, что нужны, для этого процесса, мне никто давать не спешил, так что, стоило мне своим проворным прыжком назад продемонстрировать свою боеспособность, враг возобновил огонь. Слава Хаосу, что, биотики видимо израсходовали очень много сил, ибо били меня сейчас из стрелкового оружия, единственным, кто продолжил посылать в меня псионические толчки был Командер Стрейтон. Он вообще очень умело комбинировал "толчок" и "Притяжение", не давая мне сосредоточиться на противодействии остальным, готовящим очередную высокоэнергетическую плюху. Под конец нашей своеобразной дуэли (если упразднить шквальный огонь, ведущийся по мне) он накачал свое тело псионической энергией и совершил двадцатиметровый рывок в мою сторону, переходя к ближнему бою. Видимо, его ввел в заблуждение внешний вид моей "брони", а она представляла из себя жалкое зрелище, вся в пробоинах трещинах, местами пластины обломались, и из под них начала сочиться темная кровь, а в куполообразном глухом "шлеме" сияли дыры. Если бы он знал, что под внешней броней у меня еще один костяной панцирь, а кровь, это всего лишь следствие экстренного перехода в боевой режим, ибо кожа, под которой и наращиваются мышцы и костяные пластины, лопается и опадает лоскутами, он бы, наверное, не совершил эту роковую ошибку.