Кстати первая встреча моих двух рабынь чуть не окончилось смертоубийством Сюин, дело в том, что они просто приревновали меня друг к другу, точнее не так, они посчитали что каждая из них претендует на место другой... в общем новою рабыню спасло лишь мое вмешательство и прямой приказ к Изебалее не трогать китаянку.

Сейчас мои рабыни выполняют роль моих секретарей и активно пробиваются на роль постельных грелок, причем инициировала это холодную постельную войну Сюин. Изабелле же было вполне достаточно и простого моего внимания, или редких прикосновений, можно даже кулаком. Но вот китаянке, промытость мозгов которой не уступает Белле, но все же имеет несколько иной оттенок, простого моего внимания было мало, да и воспитана она была иначе, так что она вожделела служить мне во всех планах. Моя первая рабыня просто не пожелала уступать меня китайской выскочке.

Эх... сколько раз я на них рычал по этому поводу, даже пытался запретить, на что Сюин чуть не покончила жизнь самоубийством, ведь ее господин отказался от нее, так что мне приходится терпеть и удерживать свое либидо, ведь из-за нестабильности моего Ядра любая близость с простой женщиной выливается в ее взрывную мутацию в нечто со щупальцами и огромным желанием жрать и трахаться, так что последние годы я развлекаюсь достаточно редко и только с одноразовыми проститутками.

С Альби же я не занимался сексом по иной, но схожей причине, Анима попросту слишком слаба и тот вал энергии, что вырвется из меня, во время кульминации отправит ее в лазарет на неделю, или же вовсе развоплотит. Разумеется, я вполне могу удержать этот самый вал, но вот смысл тогда самого священного действия теряется, ибо удовольствия я никакого не испытаю и это меня достаточно сильно нервирует и вновь заставляет искать пути стабилизации своей энергетики.

– Добрый вечер, господин.
– Поприветствовали они меня практически синхронно, Сюин была облачена в ее любимое красное ципао, но уже не с золотым, а черным драконом, и встретила меня глубоким поклоном. Белла же не изменила себе и вновь облачилась в костюм горничной, и встречала меня на коленях. На подобное я лишь кивнул, и, усевшись в удобное кресло за большой выпаленный в классическом стиле стол начал разбираться с бумагами. Будь она проклята эта чертова бюрократия даже перед собственной "смертью" от нее нет продыху. В это время Изабелла уже привычно для меня предоставила мне чашечку с чаем... ан нет, не с чаем, а по особому приготовленную кровь, подобный напиток отец прозвал "Кровяным вином". Его способ приготовления очень сложен, особенно если учесть что сосуд, в котором и происходит готовка должен быть живым на протяжении всего многолетнего процесса, как, впрочем, и кровь вплоть до ее извлечения. Не буду вдаваться в подробность, но сосуды, в которых жизнь поддерживается техническими средствами и в некоторых случаях и за счет духовной энергии, мечтают лишь о смерти.

Сегодня Изабелла решила меня обрадовать и подала одно из первых ее удачных Кровавых Вин, которое выдерживается вот уже три года в тушке еще живого и иногда даже кричащего крогана. Ммм, просто восхитительный вкус, особенно если учесть что сей напиток, буквально пропитан эманациями обречённости, страха и ярости, что постоянно испытывает сосуд, для любого демона подобный коктейль действительно может быть пьянящим.

Сюин, пока я откинулся в кресле и наслаждался напитком, стала очень умело массировать мне плечи, мне это не шибко нужно, но вот прикосновения симпатичной умелой девушки, которая буквально фонтанирует фанатичной преданностью и желанием служить, однозначно приятны и прерывать их я не хочу. Кстати, ее преданность переросла в фанатичность именно после того, как она узнала о моей не совсем человеческой природе. Тогда она уже была достаточно обработана и уже как полтора месяца слала в Триаду откровенную дезу, поэтому могла входить в мою лабораторию, ну а я просто после очередного не очень удачного для подопытного эксперимента захотел перекусить и попросил свою вторую рабыню предоставить мне обед.

Белла и предоставила... еще живого человека, похваставшись, что она подготовила его для употребления по новому рецепту с использований некоторых экзотических веществ. Глаза у китаянки тогда полезли на лоб, и они искренне испугалась за мое психическое здоровье. Я же, не желая терпеть от своей рабыни, помимо попыток пролезть ко мне в постель еще и попытки излечить меня от подобного недуга, просто поведал ей о своей природе, разумеется, не правду, а ту легенду, что предоставил Белле и Ребекке. После этого Сюин окончательно уверилась в моей избранности или чем-то подобном и чуть ли не молится на меня, что к моему удивлению дает мне крохи духовной энергии.

Пока я наслаждался ловкими ручками Сюин и вкусом оранжевой кроганской крови, китаянка, вызывая злой взгляд со стороны Изабеллы, прижала мою голову к своей груди... хм... она вновь не надела лифчик.

– Сюин, прекрати.
– Устало сказал я, у меня просто нет желания ругаться, на свою рабыню, да и глупо это, ругать раба за фанатичность и желание услужить во всем, ведь она не дура, и видит, что я напряжен и мне нужна разрядка. А какая лучшая разрядка для мужчины? Думаю и так понятно...

Девушка послушалась и слегка отстранилась, но, не перестав при этом делать мне массаж, правда, заметно полыхнув досадой, которая практически затерялась за искренним беспокойством за меня густо намешанной на фанатичности. Видит Хаос, даже дома, ментально обработанные рабы, не так относились к нам, хотя отца они почти все боготворили.

Да и мое отношение, как к Сюин, так и к Белле за время их близкого ко мне нахождения сильно изменилось. Я не перестал их считать рабами, и если потребуется, обменяю их жизни на жизнь кого-то из моей первой семерки или кого иного важного для моих планов. Но вот специально губить я их не буду, даже ради интересного эксперимента или сиюминутной выгоды, хотя подобное отношения и не необычно, ведь я демон, Тьма меня пожри, а демоны относятся к своей собственности даже гораздо трепетнее знаменитейших скупердяев - Великих драконов.

И вот сейчас меня гложет чувство похожее на беспокойство, ведь в намеченном на завтрашнее утро представлении мои рабыни вполне могут пострадать, причем совершенно ни за что.

– Великолепно получилось, Белла, молодец.
– Сказал я тенью стоящей в уголке кабинета седовласке и уголками губ наметил улыбку, таким действом вызвав у девушки волну незамутненного счастья.

– И ты сегодня хороша, Сюин.
– Не забыл я и про вторую рабыню, при этом в знак своей признательность положил на ее ладошку свою руку, вызвав в ней дрожь, и вспышку удовольствия и счастья.