Шрифт:
Катурян. Нет.
Тупольски. Так, да или нет?
Катурян. Да.
Тупольски. Разве?
Катурян. Я ничего такого не делал. Я не сделал ничего, что могло бы привлечь внимание полиции. Я не предпринимал никаких действий против государства…
Тупольски. Ты сломал голову, но так и не смог придумать ни одной, даже самой малой причины, по которой ты оказался здесь.
Катурян. На самом деле одна причина есть или даже, нет, не причина… а одна мысль, которая могла бы быть как-то связана с делом, хоть я не понимаю, какая тут может быть связь.
Тупольски. Какая связь? Между чем и чем? Или между кем и кем?
Катурян. Какая? Все, что я знаю, это то, что вместе со мной вы забрали мои бумаги, и сейчас они в ваших руках. Это все, что приходит мне в голову.
Тупольски. В наших руках? Вы что читали бумаги, которые лежат на столе?
Катурян. Нет, я не читал…
Тупольски. Эти бумаги, чтоб вы знали, помечены грифом «совершенно секретно».
Катурян. Я вижу только заголовки. Мельком.
Тупольски. У вас что, периферийное зрение?
Катурян. Да.
Тупольски. Подождите, для того, чтобы включилось ваше периферийное зрение, вы по крайней мере должны сидеть вот так… (Тупольски поворачивается боком и сильно скашивает глаза на бумаги.) Вот так. Боком. Вот так.
Катурян. Я имел виду…
Тупольски. Смотрите. Боком. Вот так, ясно?…
Катурян. Я вижу периферийным зрением нижней частью глаза.
Тупольски. А… Нижней частью глаза…
Катурян. Этому феномену пока нет названия.
Тупольски. Да, еще не придумали. (Пауза.) Так какая же связь между вашими бумагами и тем, почему вы оказались здесь? Ведь это же не преступление – писать рассказы.
Катурян. Это единственное, что я могу предположить.
Тупольски. При наличии, конечно, некоторых ограничений.
Катурян. Конечно.
Тупольски. Например, государственной безопасности. Безопасности всяких там общественных, как уж там… Хотя я даже не могу назвать это ограничениями.
Катурян. Да, и я бы не назвал.
Тупольски. Это просто-таки напросто важнейшие принципы.
Катурян. Да, директивы.
Тупольски. Есть у нас определенные принципы. Основы безопасности. А так, конечно, писать рассказы – это не преступление само по себе.
Катурян. Это единственное, что я могу предположить. Только это.
Тупольски. А что, это?
Катурян. Я понимаю вас, я согласен. Вы прочли их. И в моих рассказах, наверное, вы обнаружили не совсем правильные слова: «Полицейские такие-сякие» или там «Правительство эдакое-разэдакое». Всякие политические… как бы их назвать? Типа «правительство должно сделать это и то…» Ясно. Не надо… Забудьте. Понимаете, о чем я? Я говорю о том, что если ты преследуешь какие-то корыстные политические цели, если у тебя есть какие-то политические бредни, то иди и пиши говенные эссе в газету. Я же стою совсем на другой позиции. Будь ты политиком левым или правым, если ты сел за перо, то расскажи нам историю! Понимаете? Один великий человек сказал: «Первый долг писателя – рассказать историю», и я всем сердцем верю в это. «Первый долг писателя – рассказать историю». Или все-таки так: «Единственный долг писателя – рассказать историю»? Нет, все-таки именно так: «Единственный долг писателя – рассказать историю»! Сейчас не вспомню точную формулировку, но все равно я придерживаюсь именно этой мысли. Я рассказываю истории. Никаких политических лозунгов, вообще никаких лозунгов! Никакой социальности в помине! Именно поэтому я не понимаю почему, зачем вы меня сюда привели, не могу понять причину, кроме той, политической, случайной, или, вернее, которая вам показалась политической. Покажите мне эту причину. Где она, черт ее побери, у вас? Вынимайте. Я тут же растопчу ее. Сожгу. Давайте, не тяните, а?
Пауза. Тупольски всматривается в Катуряна.
Вы понимаете, о чем я говорю?
Тупольски. Нам нужно заполнить один бланк. Эта бумага потребуется, если с вами что-то приключится под арестом. (Пауза.) Мне кажется, тут какая-то ошибка в вашем имени. Ваша фамилия – Катурян?
Катурян. Да.
Тупольски. Но тут написано, что Катурян – это ваше имя.
Катурян. Мое имя – Катурян.
Тупольски. (пауза) Ваше имя Катурян?
Катурян. Да.
Тупольски. И фамилия Катурян?
Катурян. Да.
Тупольски. Вас зовут Катурян Катурян?
Катурян. Мои родители были забавными.
Тупольски. Да… А второе имя?
Катурян. Тоже на «Ка».
Тупольски смотрит на него. Катурян качает головой и пожимает плечами.