Но Ту-Риверс слишком велик для настоящей массовой эвакуации. Новости распространялись быстро в последние пару дней, но оставались многие, кто попросту ничего не слышал. Декс видел, как они осторожно выглядывают в занавешенные окна своих домов, несомненно озадаченные звуками стрельбы и непривычно оживлённым движением. Машина Декса была на дороге далеко не единственной. Некоторые обгоняли его, слишком напуганные, чтобы проявлять осторожность, и по крайней мере одна оказалась в кювете на обочине Ла-Саль-авеню с бесцельно вращающимися колёсами.

Декс подъехал к дому по адресу, который дал ему Клиффорд, неподалёку от Колдуотер-роуд, и, не глуша мотор, подбежал к двери. Он постучал, подождал, постучал снова. Без ответа. Могло ли такое быть, чтобы Клиффорд и его мать проспали? Или выехали раньше? В отчаянии он забарабанил в дверь кулаками.

Эллен Стоктон открыла дверь. Она была в домашнем халате, глаза красные от слёз. В одной руке она держала что-то вроде кувшина для вина, наполненного маслянистой жидкостью, от которой разило самогоном.

— Миссис Стоктон, вы с Клиффордом должны немедленно сесть в машину, — сказал Декс. — У нас почти не осталось времени.

— Они забрали его, — ответила она.

Снежинки падали её на волосы. Глаза красные, взгляд рассеянный.

— Я не понимаю, — сказал Декс, — вы говорите о Клиффорде? Кто его забрал?

— Солдаты! Солдаты его забрали. Так что уходите. Проваливайте. Вы нам не нужны. Мы никуда не едем.

Линнет помогла одеть пьяную женщину и запихнуть её в машину. Несмотря на взрывы сквернословия, миссис Стоктон была слишком усталой, чтобы сопротивляться, и слишком пьяной, чтобы возражать. На заднем сиденье, укрытая шерстяным одеялом, она стала покладистой и инертной.

Декс уселся за руль. Уже совсем рассвело. Над городом поднимались столбы дыма, и до сих пор время от времени были слышны выстрелы — иногда далёкие, иногда слишком близкие.

— Мальчик, вероятно, в мэрии, — сказала Линнет. — Они устроили там временную тюрьму. — Если только его не убили. Что было возможно, даже вполне вероятно. Но Декс, несомненно, знает это, так что Линнет не стала ничего говорить в присутствии матери Клиффорда.

Та сказала что-то о соседе, который видел, как солдаты уводили сына в мэрию — так что Клиффорд по крайней мере побывал там не так давно.

— Там вряд ли много охраны, — сказал Декс. — Прокторы уже все уехали. Правда, солдаты, наверное, остались. — Он посмотрел на Линнет.

Он хочет, чтобы я приняла решение, подумала она. Потом: Нет… он спрашивает у меня разрешения.

Потому что под угрозой окажется и моя жизнь, не только его.

Но он может погибнуть, подумала она. Однако это может случиться в любом случае. Люди уже гибнут. И ещё больше погибнет уже скоро, и она, вероятно, будет среди неудачливого большинства — и что с того?

Ренунциаты научили её, что если она умрёт вне Церкви, то ангел Тартарохис будет вечно бичевать её огненным бичом. Так тому и быть, решила Линнет. Тартарохис, без сомнения, будет очень занят из-за войны и всего остального.

Мэрия была в пяти кварталах позади.

— Нам надо поторопиться, — сказала она Дексу, спеша произнести эти слова прежде, чем её храбрость ослабнет.

Он улыбнулся и принялся разворачивать машину.

Саймеон Демарш сидел, напрягшись, на обитом плюшем заднем сиденье машины Бюро; шофёр что-то бормотал себе под нос, ведя машину на опасной скорости на восток, к шоссе.

Демарш перестал думать об Эвелин. Он перестал думать о Доротее, Кристофе, Гае Маррисе, Bureau de la Convenance… фактически, он вообще не думал, лишь глядел из этого укрытого от опасностей места на зелёные от сосен и серые от туч формы внешнего мира. Он смотрел в окно, на которое каждая налетающая снежинка налипала на мгновение, прежде чем скатиться с него, превратившись в капельку под набегающим ветром.

— Какие-то проблемы в армейских казармах, — сказал шофёр. Это был молодой человек с напомаженными волосами и выговором уроженца Наханни: гражданский служащий, не пион. Демарш видел, как нервно бегают его глаза в зеркале заднего вида.

Они выехали на идущее на юг шоссе. Эта дорога соединялась с маршрутом на Фор-ле-Дюк, однако при этом проходила мимо мотеля, реквизированного для нужд гарнизона.

— Это опасно для нас? — спросил Демарш.

— Не знаю, лейтенант, но вполне возможно. Видите дым впереди?

Демарш всмотрелся, но не увидел ничего, кроме снега, того же самого снега, в котором колёса буксовали на каждом повороте.

— Нам обязательно ехать так быстро?

— Сэр, если я приторможу, колёса могут потерять сцепление с дорогой. Предпочитаю, чтобы у машины был запас инерции.