Однако, не смотря на все эти предположения, всё же провёл рейд по ближайшему подлеску и приволок на радость огненным ящеркам целую охапку дров. Интересно, мне показалось, или они реально с довольным писком набросились на свежую пищу?

Ладно, саламандры потом, а пока - поискать переправу на тот берег, одеться для похода нормально и упаковать вещи. Ну и ещё пошарить по окрестностям - авось, найду-таки ещё гнездо-другое, а то кто знает, когда в следующий удастся разжиться жратвой?

На тот берег от островка шёл вполне себе такой приличный брод - судя по всему, раньше был только тот проток, через который мне пришлось спасаться, но за века течение пробило себе вторую дорожку, очистив каменную подошву, со временем укрытую нанесённым песком. Течение неторопливое, до второго берега метров тридцать, и вода в самом глубоком месте едва прикрывает колени.

Хорошо, что не вплавь перебираться придётся - пловец из меня, всё же, аховый.

Противоположный берег встретил пологим подъёмом дна и толстым слоем ила. Неприятно, конечно, но не смертельно. Краткая разведка местности подсказала, что людьми тут и не пахнет. Ну, или не пахло очень давно. Звериная тропа, рядышком ещё одна, пересекающая первую - и всё. Зато нашлась рощица чего-то, сильно напомнившего арахис: мясистые толстые сухие стручки, в них - крупные, подсыхающие орехи. Осторожно попробовал, готовый выплюнуть при малейшем подозрении на несъедобность.

Ничо так, съедобно, даже очень. По вкусу - арахис один в один. Набрал полные карманы орехов и потопал обратно.

Рейд по островному леску принёс еще пару дюжин яиц и жирного кролика. Выметнувшуюся из-под ног серую тень просто на рефлексах пригвоздил к дереву метательным ножом. Здоровый косой, килограмм на десять вытянет, если не на все одиннадцать.

Бросил у костра тушку, а пока набирал глину, проснулся кнут. Чёрной змейкой он выметнулся из рюкзака, и грузиком, совсем как головой, стал водить из стороны в сторону над свежеубиенным кролём. Чем он там занят?

Именно - чем, а не почему вдруг выполз. Это-то вообще никакого удивления не вызвало. После визита в Туман запасы удивления иссякли.

Повинуясь интуиции, попробовал вновь заглянуть в Суть. В этот раз удалось посмотреть без напряга, видимо, привычка потихоньку нарабатывается. Заглянул и обомлел. Над тушкой клубилось, истончаясь, бледно-зелёное облачко, а Скол змееобразным сгустком льда впитывал истончающуюся жизненную силу. Кнут остановился, повернулся в мою сторону грузиком и выжидательное замер.

Пища. Нужно. Хорошо. Силы. Есть.

Шквал бодрых эмоций захлестнул моё сознание. Ага, Скол предлагает отобедать этим облачком.

Я сел рядом с тушкой кролика, не вполне понимая, что же делать. Точнее - вообще не понимая. Ладно, интуиция выручала не раз, почему бы и сейчас ей не помочь? Расслабился и, глядя в Суть, попробовал ухватить рукой истекающую жизнь. Получилось, однако! Облачко мгновенно втянулось в ладонь, стягиваясь в одну точку, и превратилось в полупрозрачный зелёный шарик, лишённый веса. Я сжал ладонь и ощутил, как шарик впитался в тело.

А следом нахлынуло блаженство и ощущение лёгкого хмеля, голова слегка кружилась, мысли стали кристально ясными, ровными, невесомыми и чертовски быстрыми. Нифига себе алкоголь для лисички! Если от кролика так прёт, то что будет от более крупной добычи? Стану аналогом торчка, только со специализацией на душах и жизненных силах? Или, как достопочтенный Пендальф, "заработаю много икспириенса и получу сразу три Level Up'a"? Ладно, потом посмотрим.

Скол гибкой лентой обвил вытянутую руку, потянулся выше, перехватив торс наподобие пулемётной ленты, рукоять расположил удобно - и движениям не мешает, и схватить можно быстро. А макушку уместил на плече. Тёплая, слегка шершавая, мягче кошачьего языка, - совсем не похожая на осколок льда.

Я погладил змееподобный грузик и ощутил подрагивающую волну приятности и ласки. Сколу явно нравилось такое обращение.

Постепенно эйфория сошла на нет, и я взялся за приготовление крольчатины. По прошлой жизни опыт свежевания этих животин у меня имелся, так что, используя выломанную вилкообразную ветку и немного верёвки, растянул свежее снятую шкурку на упоре, только потом сообразив, что запасать-то мне кроличьи шкуры вроде бы и ни к чему. Выругавшись на себя, за не к месту проснувшуюся память, завернул внутренности в шкуру и перебросил на противоположный берег - пусть местная живность питается.

Начистил арахиса, перемещал с найденными приправами и заправил тушку, после закатав её в глину. Увесистый такой комок получился, продолговатый, грязно-коричневого цвета сырого материала. Ямку в углях выкопал голыми руками, мало того что не обжёгшись, так ещё и не измазавшись в золе. Набросал поверх тоненьких веточек, и, глядя на вновь танцующих огненных саламандр, стал ждать.

Примерно через час понял, что жрать всё равно хочется, и уже не имеет значения, готова крольчатина или полусырая.