Клеймор окинул нас мрачным взглядом и... пискнув, совсем по-свинячьи хрюкнул, а после и вовсе заржал, хаотично дёргая щупальцами и размахивая руками.

– Э-э-э... Ты чего?
– не хватало нам ещё съехавшего с катушек паладина...

Клеймор, полусогнувшись, сквозь смех выдавил:

– А ты представь, как мы со стороны смотримся: эльфийка, девушка-лиса и тентаклевый монстр!

Вот зараза бронированная, а?! От всплывших в сознании картинок меня согнуло пополам, сводя судорогой мышцы лица и пресса. Кажется, даже из глаз брызнули слёзы. Миа-Стефания же, сначала сдержанно хихикнув в кулачок, не выдержала и тоже взорвалась хохотом. Едва ли не рыдая, упираясь ладонями в колени, чтобы не потерять равновесие и не шваркнуться на холодный пол, наша троица смехом снимала накопившийся стресс. Нагрузка, многие дни постепенно прессовавшая сознание, растворялась в веселье, насыщая разум и тело бодростью, силой, делая поставленные невозможные задачи не настолько невыполнимыми, как казалось вначале.

– Для полного комплекта только гуманоидной кошки не хватает, - утирая слёзы, с трудом выговорила Миа.

Индеец, как и Лаганар, то ли не вкурил юмора, то ли внезапно нашёл в себе истинного сына прерий и томагавков, с лицом, похожим на камень, размеренно произнёс:

– Зря смеётесь. Я только вчера одну видел, еле ноги унёс. Кто ж знал, что этой полоумной взбредёт из меня зелье варить...

Э-э-э, а что это вы на меня так смотрите?

Немного смущаясь и явно чего-то недоговаривая, индеец вкратце поведал о расе натуральных нэко, девушек с кошачьими хвостом и ушами, путешествующих по мирам и собирающих эксклюзивные алхимические рецепты для каких-то своих, ведомых им одним, нужд.

Однако на этом сеанс смехотерапии закончился.

Я подкатил к старику:

– Деда, а деда...

– Я те щас как дам палкой за "деду", - огрызнулся старикан.
– Чего хотела-то?

Ну вот, даже вежливо обратиться нельзя... Тут же норовят чем-нибудь тяжёлым приложить и под ближайшим деревцем прикопать.

– Так это... А бронежилет здесь где-нибудь раздобыть можно?

– Здесь есть зал защитных технологий. Но мы в него не пойдём. Завелось там что-то... Даже Артас в своё время не сунулся, а уж вас я тем более не пущу, - отбрехался Лаганар.
– Кому нужно, потом с трупов слаат снимите, я у них видел такие штуки.

Тут к нашему не очень конструктивному диалогу подключился метаморф:

– На что они вообще похожи, эти слаат?

– Гуманоиды, большие, сильные, коллективное сознание. Крутые засранцы.

– А мы их уделаем?

– Смотря как стараться будете. Ладно, время ещё есть, можете пока побродить по музею, может, найдёте что полезное. Я позову, когда пора будет. И ещё, если увидите закрытые двери или энергополе включённое - не лезьте. Оно не просто так закрыто, можете нас всех угробить. Я предупредил.

Не вдаваясь больше в подробности, Лаганар сел на более-менее крупный осколок постамента и снова запыхтел трубкой. Его бы отстирать, бороду в порядок привести, да потщедушнее чуток оформить - вылитый Саша Белый, который до левел-апа был Пендальфом Серым, получится.

Повинуясь хомяку и жажде нового, я отправился в промыслово-обогатительную экспедицию. Отойдя на достаточное расстояние и убедившись, что поблизости никого живого не наблюдается, я выпустил двух дроидов-инженеров. Посвистывая в близком к ультразвуку диапазоне, неугомонные сферы разлетелись вдоль стендов, анализируя и изучая представленные девайсы на предмет максимального урона, компактности и наличия средств индивидуальной защиты.

Хороши, засранцы! Язык им изучать не надо, технология аборигенов доступна для осмысления, размеры позволяют забраться хоть в какое труднодоступное место. Эх... Их бы ещё пару-другую сотен, да запас хорошей взрывчатки - и диверсанты-подрывники с удостоверениями потомственных камикадзе могли бы карать и нагибать в полный рост. Ладно, мечты оставим на потом.

Следуя за трек-метками, периодически плодящимися на виртуальном дисплее конага, я обходил стенды и постаменты, выбирая оружие и сопуствующие приблуды, коих нашлось просто великое множество.

Маленькая туба, до отказа забитая гибкими дисками ментальной связи, с лёгкостью уместилась в боковом кармане рюкзака, там же нашло приют ассорти из похожих на мелкий жемчуг контактных мин со спектром специализации от шока до вакуум-плазменного объёмного и сверхнизкотемпературного взрыва, упакованное в разноцветные блистеры. Стереоскопическая снайперская винтовка с подствольным гранатомётом и комплектом самостоятельных средств наблюдения и координации, уместившихся в полом прикладе, заняла почётное место на моей спине. Хотя развесовка и перекашивала немного, но отказаться от возможности в самом прямом смысле бить за горизонт было сверх моих сил.

Отдельное место заняли коротышки, смутно напоминавшие по компактности и убойности "сверчка" из фильмов о похождениях бравых агентов по борьбе с незаконной инопланетной эмиграцией. Эти крохи испускали направленные пучки звука в какой-то хитрой комбинации, благодаря чему воздух на пути следования импульса кратковременно обретал плотность и убойность запущенной из рельсотронной катапульты бетонной плиты. Милые игрушки, что ни говори. Забрав всю коллекцию вместе с самораспаковывающимся зарядным ложементом, в свёрнутом виде исполняющим заодно и функции переносного футляра, я пошёл дальше.