Вокс-связь Эфона с треском включается и отключается, и ему лишь наполовину известно о творящейся возле него резне. Дредноут бьется, будто одержимый, рискуя выйти вперед, чтобы принять точный огонь Ультрадесантников на свою опаленную символами броню. Он методично разрывает укрытия, а потом и легионеров своей штурмовой пушкой, а за ним следует обезумевшие и оборванные помощники-люди.

Когда терминаторы из отделения Дедала пытаются приблизиться к твари, «Контемптор» снова яростно атакует при помощи своего шипящего кулака. Он прошибает Ультрадесантниками колонны и штукатуренный камень стен, а затем хватает Феронея Дедала за шлем и раздавливает голову сержанта сжатием чудовищных пальцев.

Эфон вздергивает громаду доспеха катафрактия обратно на ноги. Броня неповоротлива, и ее практически невозможно поднять без посторонней помощи, однако капитану это удается. Повсюду вокруг гибнут Ультрадесантники, и он вновь поднимается из-за упавших обломков.

— Нет, — рычит капитан, топая к неистовствующему дредноуту. Машина так поглощена бойней, что едва замечает приближение Эфона. — Пробивайтесь! — кричит славный капитан 19-й и переходит на медленный бег. — Убейте проклятую тварь!

Переключившись на приближающуюся угрозу, «Контемптор» разворачивает навстречу Эфону свою пушку, но капитан сбивает искрящие стволы вбок своим цепным кулаком. Врезавшись в дредноут, Эфон бьет того в грудь бронированными предплечьями, словно борец, который отталкивает напирающего противника.

Дредноут отшатывается назад от удара, что дает Ультрадесантникам преимущество в виде драгоценной секунды. Они взводят мелта-заряды и прицепляют их к бронированному корпусу чудовища, пусть даже оно бьет по ближайшим легионерам.

Сдвоенный взрыв прожигает адамантиевую броню, плавя ее сконцентрированным жаром новорожденного солнца. Его хватит даже для того, чтобы посоперничать с гневом Веридии.

Дождем сыплются искры, и поврежденный дредноут Несущих Слово валится на пол. Одна нога чудовищной машины подгибается под ее сотрясающимся телом, и «Контемптор» воет в механической агонии. И все же проклятая тварь еще сопротивляется, пытаясь снова подняться на перегруженных поршнях-мускулах и беспорядочно паля из орудий, а символы пылают еще ярче в кружащейся тьме.

Эфон вгоняет свой цепной кулак в пробоину. Шарниры перчатки бьют в разорванную броню, и он яростно смотрит в мерцающие глазные линзы напрягающейся машины.

Все, что он там видит — вечное, непоколебимое безумие. Сумасшествие погребенного внутри мерзкого чемпиона Несущих Слово.

Он издает рев. Дредноут ревет в ответ.

Машина сбивает его в сторону, разрывая нескольких дерущихся людей и легионеров последним веером огня из пушки. Цепной кулак капитана вырывается из твари вместе с фонтаном крови, масла и погребальной жидкости, и Эфон отшатывается назад, а «Контемптор» начинает бешено и исступленно вертеться. Символы вспыхивают и гаснут. Реактор начинает отказывать. С расплавленных кромок брони на пол разлетаются брызги жидкой пластали.

Чудовище снова воет и сметает дюжину друзей и врагов, слепо и конвульсивно направляясь прямо в огромную каменную колонну. Ему удается сделать еще три ломаных шага, после чего оно валится вперед, падая за край и тяжело размахивая массивными железными конечностями.

Эфон встает. Остатки его Ультрадесантников тоже встают, появляясь из-за укрытий и посреди бойни. Можно было бы порадоваться уничтожению твари, не оставайся еще так много врагов. Двигаясь мимо павших братьев, капитан ведет своих людей вперед. Приближаясь к собравшимся на краю Несущим Слово, Эфон прорывается сквозь град болтов, вгоняя Морикорпус в одного Несущего Слово за другим и снося врагов со своего пути. Он превращает предателей в оплавленный шлак потоками субатомного жара и срубает всех, кто остается в живых, яростными взмахами цепного кулака.

Он рявкает в вокс приказы, призывая свои отделения пользоваться возможностями и новыми позициями. Все это время его сердца пульсируют от горькой ярости. Лицо перекошено от желания отомстить, убить и одержать победу. Он расправляется с уступающими ему легионерами с целеустремленностью и хладнокровной жестокостью.

Несущие Слово расходятся, и вместе с ними то же самое делают Ультрадесантники. Построения нарушаются. Бой переходит на ближнюю дистанцию. Во тьме идет свалка, где сталкивается броня, стреляют и умирают. Ракета попадает в Ультрадесантника сбоку от Эфона, снеся тело с ног и разбрызгивая кровавые ошметки.

— Бейте сильно, братья! — призывает капитан, моргая, чтобы убрать красноту из глаз. — Бейте…

Он внезапно чувствует, как у основания черепа нарастает ледяное давление, и синяя вспышка отбрасывает на скальные стены пещеры резкие тени. Орестриан Уркус, за броней которого тянутся следы разрядов застывшей телепортационной энергии, ведет своих катафрактиев в бой, осуществляя мощную грохочущую контратаку. Подкрепления прибыли.

Эфон разворачивается, снося голову очередному предателю в багряном доспехе. Он глядит в разлом — в бездну, что тянется в глубины Калта. Оттуда, словно черное облако, поднимается кажущийся разумным мрак, расходящийся по подземному миру вовне.