Удивительно, что из офиса Билла никто не поинтересовался, есть ли у меня виза в Италию. Может, им такая идея и в голову не приходит?

Начались обычные самолетные забавы – пить да есть. Ну что же, отведаем. Рассматривая полеты первым классом с гастрономических позиций, нельзя не отметить, что самолет оказывается одним из самых дорогих возможных ресторанов, при в высшей степени средней кухне и безобразном сервисе.

Что-то я выпендриваюсь без меры!

Билл достал карманный компьютер и принялся изучать какие-то таблицы. Я еле сдержал усмешку. Зачем, когда в нашей жизни появился Даниил?

– Как зачем? – прочитал мысли Билл. – До Его воцарения многое предстоит сделать. Без финансов не обойтись…

– Понимаю. Но у тебя денег столько, что хватит до конца света.

– Надеюсь, ты прав. Однако лучше подстраховаться и не провоцировать наступление конца света собственным банкротством. Хотя должен заметить, что повода для пессимизма не вижу. Не понимаю, почему ты иронизируешь… Скажи еще про богатого и игольное ушко. Я ведь доходы использую на благие дела.

– Владимир Соловьев!

Я оторвал глаза от Билла. Передо мной стоял один из пассажиров. Его сиденье было наискосок и чуть впереди от нашего. Я обратил внимание на коротко стриженный седой затылок, еще когда садился в самолет. Тяжелая загорелая физиономия, ухоженная… Словом, почти приличного вида классический российский стареющий бычара. Костюмчик от Бриони, шея в два обхвата перевязана золотой цепочкой, годной для причаливания небольших сухогрузов.

– Да, это я.

– Очень приятно. Выпьешь? Я, знаешь, все твои ночные передачи смотрю. Правильные пацаны к тебе петь приходят. Прямо за душу берет. Особенно когда Шуфутинский пришел с двумя посидельцами… Я чуть в голос не зарыдал…

– Спасибо, но пить мне нельзя. А вы какими судьбами в Рим?

– Болеешь, что ли? Понимаю, меня врачи тоже мучают. А в Италии у меня дела. Крутимся по чуть-чуть…

Билл следил за нашим диалогом с ухмылкой. Благодаря Даниилову дару он понимал русский язык, и сцена, похоже, его забавляла. А меня – угнетала. Надо же, чтобы из всех моих программ, большая часть которых политические, этому троглодиту понравились только ночные посиделки с исполнителями блатных песен. Говорил же руководителю канала, не стоит! А он – давай, смешно ведь, политический журналист, и такое шоу. Ну-ну, обхохочешься…

В голове моментально созрел план легкой мести товарищу Гейтсу.

– Да, кстати, разрешите вас познакомить. Мой сосед – Билл Гейтс.

– Кто?

– Компания «Майкрософт».

– Да? Ну скажи ему, что его окна виснут.

Бычара радостно засмеялся, Билл насупился и отвернулся к окну.

– Ладно, меня зовут Виталием, вот моя карточка. Проблемы будут, звони, помогу. Правильный ты мужик и без гонора!

Соотечественник вернулся на место и, судя по задвигавшимся складкам на затылке, принялся активно поглощать местную еду. Я последовал его примеру.

Забавно, что опознали меня, а не Билла, хотя вероятность такого поворота событий казалась минимальной. Вряд ли можно найти человека на земле, по крайней мере в ее цивилизованной части, который не слышал бы о «Майкрософте» и не видел фотографии Билла. И тем не менее факт налицо. Я польщен. Билл получил щелчок по носу.

Что это я! Обидел хорошего человека. А ведь он брат мне, да еще меньшой. Неловко!

– Извини, Билл, детство взыграло, был не прав.

– Да ладно. Хочешь, по всему миру проспонсирую твои концерты?

– Уел! Ты меня с Майклом Джексоном не путаешь?

– Нет, ты симпатичней!

– Но-но! Только без глупостей, братская любовь и не более! Да я с мужиками и не танцую.

– Шучу, шучу, успокойся! Какие вы, звезды, нежные!

– Возвращаясь к нашим делам – какой план пребывания в Риме?

– В аэропорту нас встретят ребята из моего офиса, доставят в гостиницу рядом с Ватиканом. Номера забронированы на твое имя, чтобы не вызывать ажиотажа в местной прессе. Впрочем, после бурной реакции Виталия я сомневаюсь в правильности такого шага.

– Давай, давай, пинай… Билл, а как ты добился аудиенции у Папы, да еще так быстро?

– Много лет назад я пожертвовал крупную сумму на благотворительный проект, который не был напрямую связан с Церковью. Но во главе его стоял перспективный священнослужитель, очень эффективно использовавший фонды. Мы подружились. Когда у него возникали идеи, он обращался ко мне. Симпатичный человек с хорошим образованием и чувством юмора и, что важно в условиях постоянных педофильских скандалов в католической церкви, абсолютно чистый. Не без моей помощи он довольно быстро рос по служебной лестнице и сейчас даже считается одним из возможных кандидатов на место Папы.