Вот бы Патриарха познакомить с Енохом, деды бы схлестнулись не на шутку. Только боюсь, выстоять у нашего попа шансов ноль. Языками в нужном объеме не владеет, да и в Ветхом Завете про него нет ни строчки, а про таксиста – главы. Почему-то я испытал радость за своего грозного обличителя.

– Исходя из этого, позвольте спросить, не слишком ли велика честь для самозванца – встреча с президентом?

– Не слишком. Я читал донесения нашего агента в Ватикане о вашей встрече и пришел к выводу, что либо он выжил из ума, либо – есть многое на свете, друг Горацио…

– Впечатляет. Я думал, вам ближе немецкая классика.

– Я помню этого агента еще по совместной работе – крепкий профессионал, а вот с Патриархом не служил. – Президент улыбнулся, и в его глазах блеснула чертовщинка. – Так что, коллега, хорошо было бы просчитать все варианты…

– Разумно, хотя и краткосрочно. Второе пришествие автоматически снимает вопрос о проведении любых выборов, в том числе и президентских.

– Видите ли, Владимир Рудольфович, наше общее советское прошлое убедило меня в том, что переходные периоды имеют тенденцию затягиваться.

– Согласен, особенно если принять концепцию перманентного пришествия антихриста, которое вместо положенных трех с половиной лет уже длится почти век. Позволю себе задать вопрос, чем могу помочь я?

– У меня пока нет ответа. Знаете, я ведь не могу выйти в прямой эфир и сказать народу, что в связи с концом света пенсии и зарплаты выплачиваться не будут и что поэтому же не надо решать проблемы отопления и прочей бытовухи. Да и не удивить этим наше население – то, как живут многие, заставит их радоваться Страшному суду как концу мучений.

– У меня нет ответа на эти вопросы.

– Понимаю. Но у господина Давида должны быть. Если он посчитает нужным, он вам даст на них ответ. – У президента опять проскочило что-то наподобие улыбки. – Но есть еще тонкость… Насколько я помню, одна из задач апостолов – судить народы. Это тонкий момент, критерии оценок разнятся, да и важен вопрос очереди. Так сказать, что лучше, пораньше или попозже, начнем с почивших или с того, кто и нынче здравствует… Да и география… В каких условиях участникам ожидать своего череда? Представьте себе толпы скелетов, марширующих в направлении сборного пункта. Страшный суд Страшным судом, а беспорядков будет столько, что и в жутком сне не привидится…

– Владимир Владимирович, так вы хотите стать апостолом?

Президент тяжело вздохнул. Я продолжил:

– Боюсь, что это не совсем в моей компетенции, все-таки мы имеем дело не с демократией, и тонкие заходы не работают. Я не очень могу представить сложноподчиненную бюрократическую структуру, осуществляющую предварительное рассмотрение дел всех сущих на Земле. Если принять вашу логику, то ближайшие пару сотен лет государственные аппараты Вселенной только и будут заниматься тем, что готовить дела. Я как-то себе не очень представляю Даниила утверждающим бюрократические формы отчетности. Думаю, если бы задача формулировалась так, то апостольское звание доставалось бы победившему на выборах вместе с прочими атрибутами президентской власти. Однако все обстоит совсем иначе. Надо быть призванным Даниилом на служение. И если это случится, то я буду счастлив назвать вас братом. Но если вы не призваны, то апостолом уж никак не стать.

– Да, коллега, наверное, я должен буду с вами согласиться. – Президент замолчал и посмотрел на Волошина. Тот раскрыл рот, но Путин остановил его движением руки. – Владимир Рудольфович, давайте подойдем к задаче с другого конца. – Эта фраза мне ужасно напомнила манеру выражаться Волошина, интересно, кто от кого ее перенял? – Мы, конечно, не пытаемся вас вербовать. Но на некоторую протекцию рассчитывать хотелось бы. Все же Москва – Третий Рим… Мы со своей стороны готовы оказывать всемерное содействие вашей миссии, однако хотелось бы встретиться непосредственно с Даниилом, как вы его называете. Россия почла бы за честь принять у себя такого гостя.

– Я сообщу Даниилу.

– Это еще далеко не все. Я понимаю, сколь нелегки его и ваша миссии. Думаю, не обойтись без саммита «восьмерки». И придется провести ряд консультаций с нашими друзьями в арабском мире, Индии и Китае. И учтите, памятуя судьбу Христа, с властью лучше дружить. Время, сами знаете, неспокойное, исламским фундаменталистам вряд ли придется по душе господин Давид.

– Владимир Владимирович, а почему вдруг такое участие и готовность помочь? Я ведь даже ничего из набора святых фокусов не делал?

– Ну почему же? Вот, например, Александра Стальевича в таком состоянии я не видел никогда… Скажу прямо, не знаю, Владимир Рудольфович. Должно быть, это интуитивное решение, а может, и понимание того, что Россию способно спасти только чудо. Ну что же, полагаю, у вас есть дела в Москве. Если что надумаете, позвоните по этому номеру. – Президент протянул визитку, на которой ничего не было, кроме номера телефона: +70956660666.

– Номерок, прямо скажем, не без намека…

– Зато легко запоминается. Удачи, Владимир Рудольфович!