Олио сперва не увидел ничего необычного. Рассветное небо представало в своей бледной, омытой синеве, а вдали он видел крошечные вымпелы, трепещущие на мачтах кораблей в порту. А затем принц заметил легкий красноватый отлив небосклона над старым кварталом.

– Не знаю.

Какой-то миг они стояли, наблюдая за непонятным явлением, а затем одновременно увидели взметнувшийся с одной крыши язык желтого пламени.

– О нет, – прошептал Олио.

Эдейтор схватил его за руку.

– Возвращайтесь во дворец, ваше высочество, и поднимите тревогу. Я как можно скорее побегу в теургии Огня и Воды. Они способны помочь.

Эдейтор бросился бежать со всей скоростью, которую допускала его комплекция.

Олио уже мчался в направлении дворца, когда услышал сигнал тревоги. Один из гвардейцев, должно быть, уже увидел пламя.

Он остановился. Здесь он больше ничего не мог сделать. Его помощь нужна в старом квартале. Он повернулся кругом и побежал в другую сторону.

Спазм наступил так быстро, что из уст Аривы невольно вырвался стон.

– Проклятье! – крикнула она, удивляя хлопочущих доктора Три-она и повитуху.

– Ваше величество, у вас все в порядке?

– Еще одна схватка, – еле выдохнула она. Затем накатила новая волна боли. Она плотно сжала губы, но это не помогло. У нее снова вырвался стон.

Повитуха дождалась, пока схватки не прекратились, и снова обследовала ее. Арива была настолько измотана усилиями держать себя в узде, что едва почувствовала ее руки.

– Два пальца шириной. Хорошо.

– А как лучше всего? – спросила Арива.

– Шириной около восьми пальцев. Тогда ваша девочка будет готова выйти.

– Восемь пальцев! Я должна ждать, пока вы не сможете засунуть…

– Государыня, пожалуйста! – взмолилась повитуха. – Я не засовываю…

– Извините. Извините.

Одна из горничных стояла рядом и положила ей на лоб влажную тряпицу. Это помогло.

– Боль действительно столь тяжкая? – покровительственно спросила она.

– Ты, что, девственница? – огрызнулась Арива.

Горничная покраснела.

– Боже, точно девственница, – выдохнула Арива и почувствовала нелепое желание рассмеяться. – И кто звонит в эти проклятые колокола?

Как только Гален получил депешу от Сендаруса, то сразу же развернул кругом полки рыцарей и вернулся к основным силам армии. Они подошли туда ровно через час, когда изрядную часть земли все еще покрывала роса. Он увидел, что армия развертывалась фронтом на запад поперек широкой, в основном плоской равнины. Лучники выстроились на возвышенности посередине равнины, а пехоту собрали в свободные колонны позади них, и она расходилась направо и налево вдоль строя, образу фланги. Некоторая часть кавалерии уже заняла позиции на противоположном левом фланге. Гален застал Сендаруса погруженным в разговор с Чарионой и порадовался, увидев, что они не кричат друг на друга, как орали почти все время с момента выхода из Даависа.

– Что случилось? – спросил он, добравшись до них.

– Несколько разведчиков с левого фланга не вернулись с донесениями, – ответил Сендарус. – Я отправил более крупную разведгруппу выяснить, что происходит.

– И она тоже не вернулась, – догадался Гален.

Сендарус кивнул и показал на запад. Гален разглядел летящие в их сторону тучи птиц.

– Что бы ни напугало их там, оно очень большое. Салокан? Сендарус пожал плечами.

– Как он мог совершить такой широкий обходной маневр, оставшись не замеченным нами? Это должен быть он, но я не понимаю, как он это проделал.

– Возможно, это вовсе не Салокан, – серьезно сказала Чариона.

– Что вы имеете в виду? – спросил Гален.

– Ее величество думает, что это может быть второе войско Хаксуса, наступающее из Океанов Травы.

– Наемники? Этот самый Рендл, на которого так разгневана Арива?

– Возможно.

– Если это так, то, по-вашему, он уже связался с Салоканом?

– Этого никак не узнать. Если так, мы, вероятно, можем ожидать, что Салокан уже движется на нас; но мы не можем знать, ударит ли он во фланг или соединится с Рендлом для нападения сообща. – Сендарус провел языком по губам. – Есть и еще один вариант…

– Какой? – спросил Гален.

Сендарус и Чариона ответили в один голос:

– Линан.

Вся улица казалась охваченной огнем. Пламя извергалось ввысь из домов, построенных из старого дерева и крытых соломой. Улицу запрудили вопящие жители; на некоторых горела одежда, а по телам других текла кровь от ожогов и ран, нанесенных падающими балками. Дети поскальзывались, и если родители не подхватывали их тут же, они мигом растаптывались паникующей толпой.

Олио пытался сквозь давку пробиться к пострадавшим, но не мог продвинуться ни на шаг. Он схватил одного мужчину за руку и показал ему Ключ Силы.