– Он мне вообще в последнее время не звонил, – поджала губы Мария Николаевна. Она вздохнула. – Я, конечно, понимаю, такое случилось… Но зачем он уехал сейчас? Ничего не понимаю!

– Сказал, срочно по делам в Тайшет, – тусклым голосом произнесла Лариса. Она начала намазывать хлеб плавленым сыром, и от матери Виктора не ускользнуло, что все движения невестки были вяло-заторможенными, как у робота, чей заряд энергии подходил к исходу.

– Какие у него дела в Сибири? – буркнула Мария Николаевна. Чайник быстро закипел, издав щелчок включающей клавиши, и она начала разливать кипяток в чашки. – Вся его родня и друзья здесь! К тому же с его приятелем, Сережей, тоже беда приключилась… Следователь сказал, чтобы Витя в Москве был, а тот взял и в Тайшет махнул!

Лариса принялась резать ветчину, и лезвие, внезапно соскочив, рассекло ей подушечку указательного пальца. Мария Николаевна встревоженно охнула.

– Я сама, не вставайте, – сказала Лариса. – Ничего страшного.

– Господи, прямо что-то все не так и не эдак, – посетовала свекровь.

Между тем Лариса сунула кровоточащий палец под холодную воду, затем обернула его салфеткой.

На кухню заглянул мальчик с темно-русыми волосами и веснушчатым носом.

– Печенье еще осталось? – деловито поинтересовался он.

– Сначала завтрак, потом сладкое, – строго сказала бабушка, и карапуз надулся.

– А что мы потом делать будем? Мне скучно, – заявил ребенок. Усевшись на стул, он начал болтать ногами.

– Гулять пойдем, – ответила Мария Николаевна.

– А кто?

– Все втроем, – терпеливо произнесла бабушка.

– Я, мама и ты? Эх, жалко, Саши нет…

Лариса, до этого неподвижно смотревшая в окно, вздрогнула.

Мальчик подвинул к себе бутерброд с сыром и надкусил его.

– Артем, – осторожно начала Мария Николаевна. – Мы же с тобой говорили…

– Да, да, – как ни в чем не бывало сказал малыш. – Саша улетела на небо. Но почему? Мне скучно без нее. Она же ведь не старенькая? Это старенькие всегда на небо улетают… Как твой дедушка. Папа говорил мне. А Саша была не старенькой.

Лариса слегка покачнулась, будто потеряв равновесие и, осторожно ступая, вышла из кухни. Свекровь видела, что глаза женщины блестели от слез.

– Артемка, – дрогнувшим голосом сказала пожилая женщина, чувствуя, как у нее самой в горле застрял ком. – Иногда бог забирает к себе на небо и совсем молодых. И даже маленьких.

– Но почему?

На нее в упор смотрели темно-серые ясные глазенки внука. Эти глаза были доверчивыми, но сейчас они требовали ответа.

– Так устроена жизнь, Артем. Бог любит нас, но… иногда люди уходят от нас раньше времени. – Бабушке с трудом удавалось подбирать нужные слова. Она словно выискивала в густой траве землянику, пригнувшись и щурясь, стараясь при этом не обжечься о крапиву. – Видишь ли… Сашенька была хоть и молодой девушкой, но очень хорошей. Она сделала то, что должна была сделать в жизни. Понимаешь, Артем? Это называется – выполнить свое предназначение. Ей сейчас там, наверху, очень хорошо. Она смотрит на нас и очень огорчается, что мы так долго переживаем за нее. Она хочет, чтобы мы жили дальше, Артемка. Жили и развивались. Особенно ты. Сашенька ведь очень любила тебя. И она будет радоваться твоим успехам. Очень радоваться. Поэтому не подведи ее.

Мария Николаевна наклонилась, поцеловав внука в макушку. От него исходил легкий аромат детского шампуня из мяты. Артем сделал глоток чаю и снова взглянул на бабушку.

– Бабуль, а я буду долго жить? Мне пока еще рано лететь на небо?

Бабушка отвернулась, желая скрыть выступившие слезы.

– Рано, Артемка. Ты будешь жить очень долго, и у тебя все будет хорошо. У тебя еще очень много дел здесь.

Она поднялась со стула и направилась в гостиную. Лариса меланхолично перебирала журналы с выкройками. Увидев свекровь, она выдавила слабую улыбку:

– Хочу заняться платьем. Давно собиралась, а тут старые журналы под руку попались… Хоть немного отвлекусь. Потом обед приготовлю.

– Конечно, Лариса, – торопливо закивала пожилая женщина. – А мы погулять сходим, ладно?

Она вернулась на кухню.

– Артем, допивай чай. Погода хорошая, пойдем на улицу!

Мальчик быстро осушил свою кружку с изображенным на ней роботом и поинтересовался:

– А куда?

– Ну, во дворе можно погулять, к горке сходить. Хочешь, на пруд пройдемся, уточек покормим?

Карапуз скривился, будто надкусил лимон:

– Скучно. Мы там вчера с мамой были. Эти утки уже толстые, их все подряд кормят.

После раздумий, бабушку вдруг осенило:

– Я знаю, куда мы пойдем! Это будет сюрпризом для тебя! Тебе понравится, обещаю!

Лицо Артема засияло.

– Правда! А это очень интересное место?

Иркутская область, Тайшетский район, воскресенье, 6.28

Виктор брел в сторону реки. Он шел неторопливо и степенно, с видом человека, который четко видит свою цель и будет идти к ней, невзирая ни на какие препятствия. Мужчина глубоко дышал. Он широко переставлял ноги, вороша ступнями хвою и листву, будто находился не среди деревьев в лесу, а на ледяной горке и боялся поскользнуться. В одной руке он с остервенением сжимал перед собой, как факел, стальной крюк-распорку, пальцы другой руки то и дело тянулись к ножу, болтающемуся на ремне. Со стороны могло показаться, что из могилы выкопали труп, привязали к его конечностям невидимые ниточки, с помощью которых безумный кукловод управлял мертвецом, в миру известным как Виктор Смолин.