— Ты выглядишь бледной. Не хочешь присесть?

— Да, я не очень хорошо себя чувствую. Мне нужно с тобой поговорить. — Подбородок Риз дрогнул, в глазах заблестели слезы. — Я беременна.

Шелби сжала губы, не в силах произнести поздравления. Она уже переболела своей любовью к Курту, но некоторые вещи было тяжело простить.

— Есть еще кое-что, Шелби… — Риз побледнела еще больше. — Курт уехал.

— Уехал? Куда?

— В другой город. В другой штат. Подальше от Маунтин-Риджа. От меня. От нас…

Шелби схватилась за дверную ручку.

Говорят, что посеешь, то и пожнешь. Но сейчас, видя Риз — такую потерянную и испуганную, — Шелби помнила только все хорошее, что было между ними в прошлом.

Она обняла Риз и почувствовала, как дрожит подруга.

Риз смахнула слезу, катящуюся по щеке:

— Не могу простить себя за свой поступок. Ты была моей подругой, моей лучшей подругой, и пока ты находилось между жизнью и смертью…

Шелби взяла холодные руки Риз и сжала их:

— Не надо. Не вини себя.

— Ты помнишь его сестру?

— Как я могу забыть? — Шелби фактически обвинила Курта в том, что у него был роман на стороне в день их помолвки.

— Оказалось, она вовсе ему не сестра. Курт уехал к ней. Ты и я… мы были лишь частью их плана.

Шелби подвела Риз к качелям на веранде. Им обоим не помешает сесть.

— Мы потеряли семейное ранчо, — продолжила Риз. — У Курта ничего не было за душой. Он лишь надеялся заполучить землю либо благодаря тебе, либо мне. Но у нас так много долгов! Мы не смогли удержать ранчо… Когда Курт узнал, что мы должны его продать и у нас почти ничего не останется, он разозлился… Ну, и выложил мне все.

Умом Шелби понимала, что произошло, но осознать это сразу…

Получается, если бы она не заболела и вышла замуж за Курта, те документы были бы подписаны, их с отцом земля стала бы его землей, в то время как он продолжал бы изменять ей на стороне…

Шелби слегка подтолкнула Риз в плечо:

— Помнишь ту машину, которую любил Курт? Его «мустанга»? До того, как сверкнула молния и то дерево упало…

Когда она призналась, как неумышленно врезалась в его машину пару раз, Риз даже рассмеялась. Затем она снова погрустнела и накрыла своими руками руки Шелби:

— Шелби, ты можешь меня простить?

Шелби заглянула в ее измученные глаза.

— Что ж, у твоего ребенка будет тетя, — с ободряющей улыбкой произнесла она.

И девушки обнялись, как когда-то в прошлом.

— Я слышала, ты на некоторое время вернулась к отцу.

В неясном свете Шелби узнала грузную фигуру миссис Фэллун.

Прошла неделя с того дня, как к ней в дом постучалась Риз. Сегодня ее подруга предложила сходить на вечер кино под открытым небом.

Они с Риз встретились на стадионе за школой, где и планировался киносеанс. Когда они усаживались на стулья, Шелби чувствовала — на них обращены все взгляды. Одна пара глаз принадлежала Милли Обри, поэтому не приходилось сомневаться — скоро об этом событии узнает весь город. Шелби лишь усмехнулась про себя.

Но Джуди Фэллун не была сплетницей. Это была милая и терпеливая женщина, когда-то бывшая подругой ее матери.

— Вообще-то, миссис Фэллун, я приехала навсегда.

Джуди Фэллун улыбнулась:

— Ищешь какую-нибудь работу?

— Вы имеете в виду, работу в детском саду?

Пожилая женщина коснулась ее руки:

— Мы скучали по тебе.

— Я бы хотела. Спасибо. Но я не могу работать как прежде — подала заявление в колледж. Дистанционное обучение. Хочу стать учительницей.

Джуди Фэллун заключила ее в объятия:

— Любой школе повезет иметь такую учительницу, как ты!

Когда миссис Фэллун отошла, Шелби спросила у Риз:

— Не хочешь вернуться и угоститься горячим шоколадом?

— Я бы не возражала попить горячего шоколада, если бы так сильно не устала — зеваю не переставая. И я бы с удовольствием поела твоих кексов!

Сердце у Шелби сжалось. Она снова вспомнила Декса. Как он любил ее выпечку! Как счастлива она была с ним, пусть даже совсем недолго…

Словно прочтя ее мысли, Риз спросила:

— Какие-нибудь новости о Дексе Хантере?

— Он звонил, — стараясь говорить спокойно, сказала Шелби. — Но я попросила его больше не звонить. В этом нет смысла.