— Какой у тебя дом? — спросил он снова.

— Он был в лесу.

— А еще что?

— Он был в разрушенном каменном здании в «руинах», как это называют. Оставшийся после Великого Пожара. Большие деревья сбили большую часть здания, и там были лестницы, ведущие наверх прямо в открытый воздух. Дети играли на ступенях, а когда приходил ветер, мы забирались в угол внутри здания и пели ветру, а когда лилась вода с неба, мы пели воде. Когда было очень жарко, мы танцевали для луны, только по-другому, потому что солнце и луна разные и не похожи на дождь и ветер. Ты понимаешь?

— Понимаю.

— Иногда мы чинили кожу над отверстием в стене. Выходили и выслеживали кабана, и снаружи уже не был дом. Там…

— Остаток большого мира, — подсказал Тил.

— Да. И он очень, очень большой, этот остаток. Он сильно отличается от дома. Дом… — он сделал паузу и вернулся к первоначальному определению. — Дом — это где я живу. Наверное, вы, большие и мудрые люди, думаете, что это глупо. Вы должны знать, что такое дом.

— А разве ты думаешь, что это глупо?

— Нет, — сказал Лог. — По…

— Тогда и не печалься. Вовсе это не глупо.

Лог, видимо, был удовлетворен.

— А какой дом у тебя? Это место, где ты живешь?

— Нет, — сказал Тил. — Во всяком случае, я не жил там три года. Я оставил его, когда в четырнадцать лет приехал в Торон.

— Кое-кто из моего народа поехал туда. Не знаю нравится ли им там. Те, кто вернулся обратно, говорили, что город очень сложен.

— Это верно.

— А что ты делал в городе?

— Да, так, мотался туда-сюда, — уклончиво ответил Тил. — Работу найти не смог, потому что ее мало, и наконец, пошел в армию. Скажи, Илло говорил тебе что-нибудь насчет твоего друга Курла?

— Стража, который поставил указатель?

— Да, и расшвырял нашу игру.

— Ох, у него никаких манер. Я знаю только, что он очень влиятельная особа здесь. Правда, я не знаю, что он тут делает.

— Может, ходит и шпионит за врагом, судя по его имени, Разведчик. Хотел бы я знать, как выглядят враги.

— А знаешь, ты прав. Как мы будем сражаться с ними, если мы их не видели? Придет кто-нибудь из них и скажет «привет», а мы и не узнаем, что это враг?

— Узнаем.

— Ну, — сказал Лог, подумав, — вроде бы должны.

Звезды над яхтой были неподвижны. Вода билась о корпус. На горизонте уменьшались и тонули башни Торона.

— Как ты думаешь, ты узнал бы принца, если бы он вдруг появился и сказал «привет»? — спросил Джон Эркора. Ветер прикладывал холодную ладонь к его щеке, холодные пальцы играли его волосами.

— Не знаю, — ответил Эркор. — Его мозг должен был измениться, тело — вырасти.

Джон наклонился и прищурился, стараясь разглядеть что-нибудь между двумя полотнами черноты — неба и моря, сливающимися перед ними.

— Не поспать ли нам? — сказал он. — Мы будем там на рассвете.

И они отошли от поручней.

Солнце пробивалось сквозь слои ночи, пока не загоралось в воде. Берег был уже виден. Лес подходил почти к самой бухте. Когда-то тут был иммиграционный порт с материка на островной город. Теперь обгорелый док повис там, где три года назад разбился военный самолет. Джон поднялся на палубу и не увидел других судов. Небо прорезал тонкий вой. Высоко над Джоном неожиданно сверкнули самолеты. Это были военные машины, перевозившие рекрутов из Торона в Тилфар.

С трудом причалив к разрушенному доку, Джон и Эркор выскочили на берег и через полчаса уже стояли среди деревьев. Эркор прислушался, положив ладонь на ствол дерева.

— Теперь ты дома, — сказал Джон. — Каково это ощущение?

— Не такое, как ты думаешь. Я еще ничего не слышу. Пошли дальше.

Они быстро шли лесом. Деревья резко утончились, и Джон увидел впереди блеск, вероятно, отражение солнца в море. Они дошли до утеса, спускавшегося уступами вниз. В пятидесяти футах внизу, но все еще в сотне футов от воды, было обширное каменное плато. Оно горело под солнцем. Маленький храм в конце отбрасывал резкую тень.

— Жрец здесь, — сказал Эркор. — Идем вниз.

Прежде чем они достигли плато, из двери храма вышел человек. Ветер раздувал его черную мантию. На плече висел на кожаном ремешке рог из раковины. Лицо его было много старше, чем у любого другого стража, которого Джон когда-либо видел.

— Зачем ты вернулся? — спросил жрец.

— Взять молодого короля править в Тороне. Его брат, король Оск, умер.

— Здесь в лесу нет королей, — сказал жрец. — Ты ушел от нас, зачем ты вернулся?