Шрифт:
Просыпаться не хотелось. Но естественные потребности организма не позволяли уснуть. Открыл глаза, замер. Рядом спала девушка. Рыжие волосы разметались по подушке, опутали и меня. Это кто? Злата?! Та самая, Войновская? И со мной? Мать-перемать!! Слов цензурных не было. Да и откуда им взяться, если мозг не работал, а тело недвусмысленно реагировало на лежавшую рядом девушку.
Злата лежала на боку, подложив ладонь под щеку. Пора бы ноги уносить. Голова жутко раскалывалась. Но не это меня волновало. Интересовал один вопрос, какого хрена я тут забыл? Нет, вопроса было два. Насколько далеко мы зашли вечером? Чувствовал себя, как герой старого фильма. Тут помню, там не помню.... Да нет, я бы точно такое не забыл. Или забыл бы? Бл...!
Глянул на часы, пять утра. Выпитая вечером жидкость просилась наружу все настойчивее.
– Злата!
– рявкнул я. Девушка испуганно подскочила, сонно озираясь по сторонам.
– На кровать иди, - скомандовал я. Малышка закивала, закрыв глаза. Но не сдвинулась с места. Понял, несмотря на то, что Злата сидит на краю дивана, она продолжает спать. Так и хотелось улыбнуться. На котенка похожа, рыжего такого, крохотного.
– Иди в спальню, в кровать!
– потребовал я. Злата вновь закивала, только вставать с дивана не спешила. Упала на подушку, и принялась натягивать одеяло на себя.
– Так, ладно, - вздохнул я. Голова продолжала раскалываться. Девочка меня по голове била вечером? А что? Вполне себе нормальная версия. Только чет не помню ни хрена. Осторожно переполз через спящую девушку. И быстренько направился в ванную. Когда вернулся, Злата все также спала на диване. Только подушку руками обняла, на которой спал я. Постояв несколько минут рядом с диваном, поймал себя на мысли, что смотрю на нее. Черт, не в тему это все! Совершенно!
Еще и спать ей на диване однозначно неудобно. Ладно, так и быть, пусть спит в моей кровати, а я недельку на диване перекантуюсь. Главное, за эту неделю не пить, а то мало ли, что еще натворю.
Вздохнув, аккуратно поднял Злату на руки. Взгляду открылась умопомрачительная картина. Вернее, картина умопомрачительного тела. Теперь понятна реакция Игорька на девочку. Слава Богу, что придурок на том свете, иначе пришлось бы его точно грохнуть своими руками.
Понял, что так просто не донесу девочку до кровати. Вернее, донесу, но не сдержусь. Что-то слишком возбуждает она меня. И обычная, вроде, как и многие другие. Но реакция моего тела меня ставила в тупик.
Опустил Злату на диван, и поднял вместе с одеялом вновь. Быстренько отнес в спальню, и пока не успел выкинуть еще какой фортель, смылся, прикрыв дверь спальни за собой.
Спать уже не хотелось, несмотря на раннее время суток. Пошел на кухню. Поставил чайник кипятиться. Мда, в доме все как-то изменилось. Вроде бы, все на своих местах. Но все-таки что-то по-другому. И от этого стало совсем хреново. А все ведь Дан виноват! Друг называется, блин!
Вот мучаюсь по его вине, пусть и он страдает! Отыскав телефон, набрал номер Дана.
– Какого хрена?!
– промычал друг в трубку.
– Спишь?
– коротко спросил я.
– Сплю, - вздохнул Даниель.
– Ты на хрена ей такие шмотки принес?
– сходу начал я, - Ты вообще, смотрел чего складывал в сумку?
– Сургут, б..., ты только поэтому звонишь?
– проворчал друг, - Что у нее было, то и сложил. Ты сказал, шмотки привезти. Я привез. Какие проблемы?
Криво усмехнулся. Ну, теперь уже и Дан не спит, хоть одна радость.
– Ладно, разберемся, - пробормотал я, собираясь сбросить вызов. Как говорится, сделал гадость - на душе радость.
– Эй, Сургут!
– остановил меня Дан.
– Чего?- спросил, наливая в кружку кипяток.
– Так как пижамка? Понравилась?
– весело поинтересовался друг.
– Да иди ты!
– пробормотал я беззлобно, и сбросил вызов.
Заварив крепкий чай, закурил. В голове все еще был сплошной сумбур. Пил я вроде бы немного, скорее всего, срубило меня больше от усталости и регулярного недосыпания, чем от алкоголя. Вот бы еще конкретнее выяснить, чем я занимался перед отключкой. У Златы спросить? Ага, а что - вариант!
Оставив кружку на столе, быстрым шагом потопал в спальню. На пороге комнаты пришлось остановиться. Девушка лежала, обняв подушку руками. Изящная такая и ладная попка просматривалась под одеялом, вызывая недвусмысленные желания. Черт! Какого вообще хрена я согласился на все это?! Тоже мне, мать Тереза в джинсах!