Деревня Лесное была деревней, а я надеялась хоть на какую-то цивилизацию. Трактир на все село был один, добротное здание в два этажа, но неухоженное, не чувствовалась в нем рука хозяина. Мы с Даяном переступили порог этого, не внушающего доверия места, и окунулись в атмосферу пивнушки, причем самой захудалой, амбре стояло такое, что глаза начали слезиться.

– Слышь, хозяин, комнаты свободные есть?
– подошла я к барной стойке, за которой стоял упитанный мужик лет пятидесяти, в засаленном фартуке и вытирал кружку не менее грязной тряпкой. Сам он был уже нетрезв, да и весь его вид говорил о том, что это его обычное состояние.

– Я баб на постой без мужей не пускаю, не оберешься потом. То шлюха окажется, то воровка, то норовит телом расплатиться, - мазнул он по мне масляным взглядом. - А у меня жена, дети, мне их кормить надо, а не всякую шваль пригревать.

Последнюю фразу он произнес громче, чем нужно. Так-так, где-то рядом жена его бродит, думаю, с ней договориться будет проще. Даян стоял рядом и скрежетал зубами, пару раз он порывался высказаться или, может, морду набить хозяину, я не стала разбираться, просто пресекла его порыв на корню.

– А где хозяйка твоя, с ней хочу поговорить, раз уж она глава семьи, - специально громко спросила у мужика. Он побагровел и разразился бранной тирадой, все-таки они тут ругаться не умеют, совсем фантазии нет. Я не люблю ругаться, тем более матом, но в тот момент я была уставшая и злая, мне хотелось только чистую постель и ванну с горячей водой. О чем я, собственно, и сообщила хозяину трактира в доступных для него выражениях, добавив пару обещаний на тему, что я с ним сделаю, если все это не будет готово в ближайшем будущем. От моей тирады затихли даже местные пьянчужки и распутные девки, а из кухни вылетела хозяйка, крепкая баба со скалкой в руках. До того как она открыла рот, я положила на стойку пять серебряных монет, и она его сразу закрыла, натянув подобострастную улыбку.

– Лучшую комнату мне и моему брату, большую бадью с горячей водой туда, и хороший ужин на нас двоих, - я решила, что разделяться нам не стоит, вдруг ночью придется бежать, да и спать вдвоем будет спокойнее, грабить не так удобно.
– И еще, постельное должно быть свежим, а ужин съедобным и никакого вина, можно морс или шиа.

Хозяйка услужливо кивала, успев уже сгрести деньги неуловимым движением, пятясь на кухню, уже оттуда я услышала ее громовой голос, отдающий распоряжения.

– Госпожа, вы присядьте, сейчас все будет готово, - лебезил разом подобревший хозяин трактира.

– Эрин, здесь Сайнур, - тихо прошептал мне на ухо Даян. Я быстро обернулась в ту сторону, куда указывал парень. Точно, этот хмырь здесь, да не один, а с какой-то пьяной девкой на коленях, которой он пытается прикрыться от меня. Ну-ну, теперь я знаю, на ком сорвусь за все "хорошее", что случилось в этом мире. Скажете ревность? Не смешно, я даже настоящего мужа не ревновала, и уж тем более не собираюсь ревновать этого прощелыгу, но отдых я ему попорчу.

– Ба, кого я вижу, да это же мой драгоценный верный супруг, - спихивая с колен Сайнура девку, заявила я.
– Отдыхаем, значит, развлекаемся. А то, что встретить жену должен был на перекрестке, это ты забыл? Неужто так сильно увлекся? Да тут же глянуть не на что, мослы одни и те немытые. Нет, вы посмотрите, люди добрые, при такой жене, как я, позариться вот на это!

Я подбоченилась, до конца отыгрывая свою роль обманутой жены, с трудом удерживая рвущийся смех. Хоть в одном я была права, даже после нескольких дней в походных условиях, нападения змеи и озерного осьминога, ощутимо пропахшая руррхом, я была красавицей по сравнению с этой девицей. Внешность у неё была еще та: засаленные волосы, кокетливо распущенные, практически полное отсутствие груди, и недостающий передний зуб портил и без того не очень симпатичное личико. Лицо же Сайнура было непередаваемо, он захлебывался собственными словами, пытаясь их вставить в мой прочувствованный монолог. Я же входила в раж, припомнила, что пока он тут напивается и тискает девок, его законную жену (демонстрация браслета) какой-то хмырь обзывает шлюхой и воровкой, а он не гу-гу. Уже хотела вставить про недоедающих детей и старушку мать, как Сайнур поднялся и грохнул со всей дури кулаком по столу.

– Муж, значит, вот сейчас ты мне супружеский долг-то и отдашь, - взбешенно прошипел он, расстегивая ремень. Так, похоже, палку я перегнула, надо срочно сматываться, меня же никто защищать от изнасилования не будет, сама распиналась про законную супругу.

– Ага, разбежалась, ты руки-то после этой девахи помой, и не только руки, небось, не первый день развлекаешься. Не хватало еще заразы от тебя подхватить, - брезгливо скривилась я, быстро сбегая к Даяну, который уже стоял на лестнице с ключами от нашей комнаты.

– Так, может, вам к мужу постелить?
– перехватила меня хозяйка.

– Пусть проспится сначала, пьянь, - гордо вскинув голову, ответила ей, краем глаза наблюдая, как обманутый в лучших чувствах муженек, запутавшись в полуспущенных штанах, пытается вылезти из-за стола.

– Правильно, так их, госпожа, - поддержала меня тетка.
– Совсем кобели распоясались.

Под это напутствие и невнятные угрозы моего фиктивного кобеля, то есть мужа, я поднялась за Даяном на второй этаж. Комната была довольно запущена, впрочем, как и все заведение, но на кровати постельное белье чистое, я проверила. Кстати, а почему кровать одна, я же просила комнату на нас с братом, спросить я могла только у Даяна, он брал ключи и смотрел комнату, пока я поливала обличительной речью Сайнура.