– Ну, похоже, что мы перехитрили краснокожих, – ухмыльнулся Непоседа, снова берясь за весло. – Если они захотят навестить замок, им придется пускаться вплавь…

– Гребите вдоль берега на юг, – перебил Хаттер. Зверобой с удивлением взглянул на старика, но промолчал. – Но сперва, чтобы точно знать, как обстоят дела, обследуем бухту. Ведь мы понятия не имеем, ушли дикари отсюда или нет.

Пирога послушно двинулась в направлении, указанном стариком. Но едва впереди проступили очертания высокого берега бухты, как лодка остановилась: в воде слабыми дрожащими бликами отражался отблеск полупогасшего костра на берегу. Хаттер знал, что где-то здесь находится родник с чистой питьевой водой, а сама бухта полна рыбы, – и у него не осталось ни малейших сомнений: костер догорает на стоянке ирокезов.

Он подал знак Непоседе, чтобы тот пересел поближе.

– Наклонись ко мне, Гарри, – прошептал старик. – Это не военный лагерь. У этого костра расположилось на ночлег столько скальпов, что можно разом огрести кучу монет. Отправь-ка ты своего приятеля с пирогами подальше и возьмемся за дело, как и положено мужчинам.

С предложением высадить этих двоих на берег, а самому отогнать лодки по озеру и отпустить вторую пирогу дрейфовать, как и первую, Зверобой согласился крайне неохотно. Однако делать было нечего – он слишком хорошо знал нравы пограничных жителей и даже не пытался остановить Гарри Марча – это было не только бесполезно, но и опасно.

– Справишься – лети стрелой ко входу в заводь, – велел Непоседа. – Что ты смотришь на меня? Твои поучения здесь не к месту, Зверобой. Не хочешь идти с нами – дело твое… Сигналом, чтобы забрать нас с берега, парень, будет крик гагары – так я дам тебе знать, что потеха подошла к концу…

Отпустив порожнюю, без весел, пирогу медленно плыть по течению, Зверобой развернул свою лодку к мысу и снова приблизился к земле, проплыв за короткое время больше полумили. Но как только острые глаза охотника различили в темноте заросли неподвижного тростника, он перестал грести и остановил пирогу. Ухватившись за гибкий, но прочный стебель, он стал с волнением ожидать окончания бессмысленной и смертельно опасной вылазки Непоседы и Хаттера.

Оттуда, где стояла его пирога, ни лагерь, ни костер не были видны, и Зверобой мог положиться только на свой слух, терпение и выдержку. Долгое время повсюду царила тишина, и сейчас он не знал, радоваться этому или нет. Он потянулся за карабином и совсем уже решил выбираться на берег, когда вместо условленного сигнала – крика гагары – в ночной тишине прозвучал отчаянный вопль, полный муки. Охотник вздрогнул – кричала женщина или, возможно, ребенок.

Зверобой взялся за весла, но все еще колебался – куда же направить пирогу?

Неожиданно послышался треск веток и хруст валежника – кто-то продирался сквозь чащу, направляясь к воде. Нерешительность охотника тут же исчезла. Сильным ударом весла отогнав пирогу от тростника, он начал грести и вскоре уже был у самого берега. Почти одновременно неподалеку загремели оружейные выстрелы – гулкое эхо прокатилось над лесом и холмами…

– Дьявол тебя забери! – послышался яростный выкрик Непоседы. – Откуда ты взялся, размалеванная обезьяна?!. Так получай же!..

Затрещал колючий кустарник – и Зверобой понял, что великан с силой отшвырнул от себя индейца, и тут же на склоне берегового холма возник силуэт Тома Хаттера. Старик заметил пирогу и, скатившись вниз, бросился в воду. Зверобой снова взялся за весла, чтобы поспешить на помощь, однако было поздно.

Отчаянно ругаясь, Гарри Марч, облепленный мингами, словно медведь охотничьими собаками, обрушился вниз, на мокрые прибрежные камни. Уже распластавшись на берегу и продолжая отдирать от себя индейцев, великан издал запоздалый крик гагары, да так неумело, что при других обстоятельствах это заставило бы охотника только улыбнуться.

Однако сейчас ему было не до веселья.

Том Хаттер, как бы устыдившись своего поспешного бегства, внезапно снова повернул к берегу, чтобы выручить Непоседу из беды. В руке он держал ружье, высоко поднимая его над водой. Но едва старик выбрался на сушу, как его тотчас скрутили дикари.

Охотник уже был готов вступить в схватку, но его остановил пронзительный крик Хаттера:

– Держись подальше отсюда, парень! Эти черти все-таки схватили нас. Моим девочкам теперь не на кого рассчитывать, кроме тебя. Возвращайся в замок! Продержись хотя бы несколько дней, пока сюда не подоспеют солдаты из форта!..

Страх за судьбу дочерей, раскаяние и боль в голосе старого моряка мгновенно заставили Зверобоя позабыть о недавних спорах.

– Сделаю все, что смогу, мистер Хаттер! – прокричал в ответ охотник. – А потом проберусь к вам и…

– Эх, приятель, – прохрипел, оборвав его, Гарри Марч, – едва ли тебе под силу совершить чудо. Мингов тут как блох на шелудивом койоте. Уноси ноги, да поживее, спасай лодки и береги девчонок… К берегу не приближайся ни в коем случае. Эти краснокожие лисицы в конце концов найдут способ напасть на замок, но прежде снимут с нас скальпы или зажарят, а не то уведут в Канаду, что еще хуже – ведь я больше не увижу мою Джудит…

Великана заставил умолкнуть удар ирокезского кулака. Послышалась яростная возня, грязные ругательства полузадушенного Непоседы, затем все стихло. Берег мгновенно опустел, ни единого звука больше не доносилось из леса, и охотник понял, что все дальнейшие решения ему придется принимать одному.