Анна чертовски хороша собой и великолепна в постели. Не то что парочка моих предыдущих подружек. Первая, Жанна, была холодна и флегматична. Ее темперамент – это легенда, потому что его никто никогда не видел. На ее темпераменте знойным летом 2009-го я охлаждал пиво. Вторая звалась Вероникой, и она превратила мою половую жизнь в трагедию: секса с ней не бывало неделями. То понос, то золотуха, то больная голова… К тому же, если где-то собиралась компания, она несла такую пургу, такие лепила многозначительные мины!.. Типа она настолько гиперсексуальна, что все остальные лежат пластом по окопам. Друзья вздыхали и завидовали, а я молча бесился и не мог признаться, что эта «пантера выходного дня» дома являет собой плюшевый валенок.

Одному тут чертовски тоскливо. Да и непривычно, когда рядом никого из друзей или коллег по службе. И совсем уж скучно без вездесущего любимца команды Босса – благородной помеси беспросветной дворняги с жутко породистой лайкой. Босс был крохотным щенком, когда на берегу Белого моря его подарила моей команде такая же кроха-девочка за спасение тонущего отца. Вообще-то «Босс» – сокращенно от «Барбоски».

Да, одному тут хреново. А после отъезда Анны вообще хотелось напиться в зюзю. Короче, наплавался я до ушей, належался на горячем песочке, выспался и отъелся, был свеж, бодр и готов к половым приключениям, но при этом все-таки ждал звонка от единственной женщины, которая меня не раздражает и всегда готова понять.

Пару вечеров я тупо сидел перед телевизором, вливая в себя холодное пиво в ожидании чуда. Вдруг послышится тихий стук, откроется дверь и вернется Анна?

Пиво кончилось. Досматриваю какой-то вялотекущий, как шизофрения, футбольный матч с выключенным звуком и невольно вспоминаю начало этого лета.

В голове не мысли, а мюсли. Всего одна буква другая, а разница – будь здоров! Сквозь этот мутный кисель слышу тихий стук. Сердце подпрыгивает от радости и пускается вскачь.

– Открыто!

Напрасно я ждал чуда. Вместо Анны на пороге появляется пухлый мужчинка лет шестидесяти с большой проплешиной посреди круглой башки. Одет прилично, явно не алкаш. В глазах просьба, если не сказать, мольба.

Говорить лень. Вопросительно взираю на гостя.

– Прошу прощения, – мямлит тот. – Я ищу Евгения Арнольдовича Черенкова. Мне сказали…

– Вы не ошиблись. Чем обязан?

– Видите ли…

Я хоть и пьян, но совесть трезва и на страже.

– Проходите. Садитесь.

Мужчинка делает несколько шагов и скромно присаживается на край дивана. Господи, кто ж ты такой? Чего тебе надо? Денег? Власти? Славы?.. Увы, дорогуша, ты пришел не по адресу.

– Тут такое дело…

– А вы, собственно, кто?

– Я заместитель главы администрации города Анапы. Агапов Илья Игоревич.

Так. Агапов из Анапы. Или Анапов из Агапы – так звучит лучше и загадочнее. Власть отпадает – она у него есть. Маленькая и ненастоящая, но есть. Стало быть, явился за богатством. Или хочет услышать концерт медных труб?

– Очень приятно, – вру с полнейшим равнодушием.

– Тут такое дело… Вчера поступил к нам сигнал с северного пляжа. В общем… – мнется он, промокая платком мокрую шею. – В общем, позвонили со спасательной базы и…

– Да говорите же! Что там произошло на вашем пляже? Села на мель натовская подлодка? Или поселился гигантский осьминог?

– Эх, если бы подлодка! Если бы осьминог!.. Нет, Евгений Арнольдович. Ближе к вечеру к спасателям подошел какой-то молодой человек с аквалангом и сказал, будто недалеко от берега на глубине метров двадцати лежит длинный металлический предмет, похожий на торпеду.

О как. Торпеда! И чего ж ты, дядя, хнычешь? Торпеда гораздо лучше осьминога.

Стараясь держать себя в руках, осторожно интересуюсь:

– Ну а я-то при чем? Я же не сапер, не подрывник. В торпедах тоже не шибко смыслю.

– Евгений Арнольдович, мне порекомендовали вас как лучшего боевого пловца! Нам не нужно ее разминировать, не нужно подрывать…

Интересно, какой гад распускает обо мне сплетни на побережье?

– …Мы были бы очень признательны за ваше заключение. Только заключение! Несколько слов о похожем на торпеду предмете от опытного моряка-подводника и образованного в военном смысле человека. Понимаете?

– Честно говоря, не совсем.

Анапов из Агапы волнуется, мнет в руках платок.

– Понимаете, если на дне действительно лежит торпеда, то это повлечет за собой целый ряд глобальных проблем. Нам придется сообщить по команде во все инстанции: в ГО МЧС, военному командованию, краевому руководству… И уж разумеется, срочно эвакуировать весь прибрежный район.

– Ну, так сообщайте, эвакуируйте. Дело-то и впрямь нешуточное.

– Верно, нешуточное, – соглашается Илья Игоревич. – Но вы не представляете, сколько людей придется лишить долгожданного отдыха, за который они, между прочим, заплатили немалые деньги. В зону эвакуации попадает санаторий «Эллада», расположенные по соседству с ним дом отдыха и недавно открытый пионерский лагерь. Представляете?