Она попыталась возразить, но я не стал слушать.

— Однако этого не произошло. Я сорвал задание и с легким сердцем отправил станцию в царство грядущего или куда там еще…

— Не терзай себя. Ты выполнял инструкцию. И не твоя вина, что в результате… и после…

— Если какое-то мое действие вызвало случайную цепь событий, то ты не должна была появиться. Да. Но ты есть, Л… Меллия. Я встретил тебя под «легендой» Джима Келли, выполняя задание в 1936 году. В этой точке наши пути пересеклись. Или… — тут я запнулся, но она уже все поняла.

— Или твое задание в Буффало находится в исторгнутой петле. Не в основном потоке. Не жизнеспособное.

— Оно жизнеспособно, детка! Можешь мне поверить! — рявкнул я, как камнедробилка.

— Конечно, — рассуждала она. — Все дело в Лайзе, так? Она должна быть реальной. Любая альтернатива немыслима. И если это приведет к переустройству пространственно-временною континуума, распаду тысячелетней истории временного ствола, краху Чистки Времени — это еще маленькая цена за существование твоей возлюбленной.

— Заметь, это твои слова!

Она взглянула на меня, как несговорчивый архитектор на холм, на месте которого он собирается сделать гладкую площадку.

— Пора браться за дело, — бросила она без всяких эмоций.

Остаток дня мы провели, методически обследуя помещения. Сооружение по размерам вчетверо превосходило станцию Берега Динозавров, знакомую нам в предыдущем воплощении. Восемьдесят процентов его занимало оборудование, работу которого мы не понимали. Меллия составила общий план, определила основные компоненты системы, просмотрела аппаратуру энергообеспечения и разгадала несколько криптограмм на пульте управления. Я следовал за ней и слушал.

— Не могу понять смысла, — говорила она. Наступили сумерки, и большое красное солнце отбрасывало на пол длинные тени. — Энергообеспечение программируемой матрицы вне всяких разумных пропорций. Эти огромные залы, Рейвел, для чего? Что это за место?

— Великая Центральная Станция, — ответил я.

— Это еще что?

— Да так, просто покинутое здание в старом городе, который никогда не существовал. Конечный пункт.

— Возможно, ты и прав, — задумчиво произнесла она. — Это оборудование скорее предназначено для перетранспортировки груза, чем для обеспечения проживания персонала…

— Груза? Какого груза?

— Не знаю. Но звучит неплохо, верно? К тому же интерлокальный грузовой паром имел бы тенденцию к ослаблению темпоральной структуры как в точках передачи, так…

— Может, им все равно? Они устали от всего, как и я, — я зевнул. — Давай закругляться. Утро вечера мудренее.

— Как ты сказал? Все равно?

— Кто? Я? Ничего не говорил, девочка.

— Ты Лайзу тоже называл девочкой?

— При чем тут это?

— При том! Все, что ты говоришь и делаешь, окрашено идиотской страстью к этой… воображаемой милашке. Возьми себя в руки. Временной ствол Пекс-Центра в чрезвычайной опасности. Ты нанес ему непоправимый вред своими безответственными поступками!

— Не могу, — процедил я сквозь зубы. — Вопросы есть?

— Извини, — она закрыла лицо руками и покачала головой.

— Я не хотела. Просто устала… измотана… мне страшно.

— Да, конечно, — сказал я. — Я тоже устал. Забудем. Пошли спать.

Мы выбрали раздельные комнаты. И даже не пожелали друг другу спокойной ночи.

Я встал рано. Тишина действовала мне на нервы. В конце спального крыла находилась хорошо оснащенная кухня: даже А-П-теоретики любили свежие яйца и ломтики ветчины из локара, чтобы не происходило старение.

Я приготовил завтрак на двоих и направился к Меллии, но услышал в большом зале ее шаги.

Одетая в свободное платье, она стояла у кресла координатора и глядела на экран. Я бесшумно приблизился, и тут она внезапно повернулась. Судя по выражению лица, она была близка к обмороку. Мне тоже стало жутко. Что-то случилось с лицом Меллии. Передо мной стояла старуха с седыми волосами, впалыми щеками и потускневшим взглядом. Женщина зашаталась, и я схватил ее за тонкую высохшую руку, прикрытую развевающимся рукавом. Довольно быстро ей удалось оправиться, лицо оживало, но взгляд оставался странно равнодушным.

— Да, — проговорила она старческим, тонким, но очень спокойным голосом. — Вы пришли, как я и предполагала. Я знала, что так будет.

— Приятно, что вы нас ждали, мэм, — пробормотал я с глупым видом. — И кто же сказал вам? О нас, я имею в виду. Что мы придем?

Лицо старухи было задумчиво.

— Экраны прогнозов, конечно, — взгляд ее проследовал мимо меня. — Осмелюсь спросить, где же ваша половина?

— Она, э-э, еще спит.

— Спит? Как забавно.

— Вон там, — я кивнул в сторону спальни. — Она будет счастлива узнать, что мы здесь не одни. Вчера у нас был трудный день…