— Не нервничайте, — дружелюбно сказал Дзэкун. — Только быстро пройдите сюда.

Дейн искоса посмотрел на мерцающую поверхность. Он оскалил зубы, закрыл глаза и сделал шаг вперед. На мгновение его охватило чувство обжигающего тело тепла.

Затем он открыл глаза. Он находился в длинном узком помещении, стены которого были покрыты блестящим зеленым кафелем. Теплый желтый свет падал на пол с высокого потолка. Вдоль стен тянулись ряды ячеек со спальными местами.

Вокруг Дейна оживленно сновали высокие фигуры в белых униформах. Поблизости от него стояла группа низкорослых и очень дородных существ в желтой одежде.

В дальнем конце Дейн мельком увидел круглоплечую фигуру в красной одежде, с большой копной волос, обрамляющей блестящее голубое лицо. Его рука, более длинная, чем у Дзэкуна, раскачивала зуб в открытом рту.

— Сюда, — сказал Дзэкун.

Дейн последовал за ним в помещение, отгороженное от других переборками. За столом сидело существо, неотличимое от полевого агента, за исключением красных шнуров, намотанных на его запястья.

— Я подобрал этого нарушителя с реверсивной фазой, Гант, — сказал Дзэкун. — Английский сектор. Локус «С» 922А4.

— Дайте подумать. Английский сектор? Д-да…

Сидевший встал и протянул руку. Дейн робко пожал ее.

Это была странная рука: горячая, сухая, с голубой кожей, похожая на собачью лапу. Он дважды встряхнул ее и отпустил.

— Удивительное впечатление, — сказал Гант. — Пустая рука, никакого оружия. Подразумевается дикость…

Он с любопытством взглянул на Дейна.

— Замечательно. Я изучил вашу линию родства, но, конечно, у меня до сих пор не было возможности видеть раньше ни одного из ваших парней. И какая у вас кожа — поразительно. Можно мне взглянуть на ваши руки?

Дейн протянул ему свою руку. Существо взяло ее в свои пальцы, повертело, осмотрело ногти, потом подошло поближе, взглянуло в глаза Дейну, осмотрело его волосы.

— Могу я попросить вас открыть рот? — спросило оно.

Дейн повиновался. Гант осмотрел его зубы и обошел вокруг него, в удивлении мурлыча что-то себе под нос.

— Гм… можно спросить? — произнес Дейн.

— И вы, люди, хотите выглядеть, как в будущем?

— Что?

Круглые желтоватые глаза прищурились, широкий рот скривился в усмешке.

— Я в этом сильно сомневаюсь, старина, — он хихикнул. — Как вам известно, полмиллиона лет девергентной революции ничего не напортили.

— Вы хотите сказать, что вы из прошлого? — буркнул Дейн.

— Из прошлого? Боюсь, что я вас не понимаю.

— Не имеете же вы в виду, что мы все вымрем, и вместо нас будут обезьяны? — выпалил Дейн.

— Обезьяны? Дайте подумать. Я слышал о них. Некая разновидность небольших приматов, похожая на миниатюрных человечков. У вас они, наверное, живут дома, не так ли? Это очаровательно! — он с сожалением покачал головой. — Мне определенно хочется, чтобы начальство разрешило мне посетить ваш сектор.

— Но вы не путешественники во времени? — настаивал Дейн.

— Путешественники во времени?

Гант расхохотался во весь голос.

— Подрывная теория, — сказал Дзэкун. — Суеверие, религиозный предрассудок.

— Тогда каким же образом вы отсюда попали в парк?

— Портальная рама на входе, сфокусированная в нужном месте. Это просто элементарная механика напряженного поля.

— Это мне ничего не говорит, — сказал Дейн. — Где я? Кто вы?

— Начнем объяснения по порядку, — сказал Гант. — Возьмите стул. Теперь, если я правильно помню, в вашем локусе существует всего лишь несколько человеческих видов…

— Всего лишь один, — вставил Дзэкун. — Эти малые выглядят хрупкими, но они похожи на нас.

— О да, я вспомнил этот локус, где безволосый вариант систематически охотится за другими вариантами.

Он, прищурившись, осуждающе посмотрел на Дейна.

— Вы не чувствуете себя там одинокими?

— Конечно, там есть несколько любопытных низкоразвитых форм — сказал Дзэкун. — Фактически же они — живые ископаемые, субинтеллектуальные антропоиды: гориллы, орангутанги, шимпанзе, гиббоны и, конечно, целый спектр миниатюрных форм.

— Я полагаю, когда мутация установила превосходство одного вида, другие отступили в менее конкурирующие экологические ниши и развивались на этом уровне, — размышлял Гант. — Жаль. Я полагаю, что гориллы и другие являются дегенеративными формами.

— Возможно.

— Простите, — сказал Дейн, — но относительно объяснения…

— О, извините меня. Ну, начнем с Дзэкуна и меня. Мы австралопитеки. Помните, что это ваш термин. Мы — один из многих вариантов антропоидов, уроженцев обычных географических мест. Работники в желтой одежде, которых вы, несомненно, заметили, сродни вашим неандертальцам. Потом есть производные от синантропов с голубыми лицами и уроженцы Родезии…