Она, широко распахнув глаза, удивленно смотрела на меня.

– Ты – мой Ангел, - сказал я, улыбаясь, - пойдем я тебе кое-что покажу. Свою любимую работу.

– Кир, - вздохнула она, но послушно шла следом, - Так не честно, ты давишь на меня.

– Если только самую капельку, - хитро улыбнулся я, девочка моя нахмурилась, я вздохнул, - Ну, ладно, ладно, давлю.

Подвел ее к диадеме, не выпуская маленькую ладошку из рук.

– Вот, - проговорил я, - Нравится?

– Какая красота! – выдохнула Ксюшка. Девушка восторженно разглядывала диадему, а я любовался ее лицом, приоткрытыми губками, носиком, длинными черными волосами.

– Да, очень красивая, - выдохнул я, имея в виду свою малышку. Достав из кармана ключ от стеклянного ларца, в котором выставлялась диадема, открыл замочек. Ко мне подошел начальник службы безопасности и два охранника.

– Все в порядке, - кивнул я. Парни остались стоять в нескольких метрах от нас. Взяв в руки диадему, посмотрел на Оксану.

– Можно? – спросил я. Малышка ошарашено переводила взгляд с меня на украшение. Не дожидаясь ответа, осторожно надел диадему на голову хозяйке, - Как я и думал, тебе очень идет.

– Кирюш, - тихо прошептала малышка. Я улыбнулся, так приятно слышать свое имя, произнесенное ее тихим шепотом, - Сними ее! Я нервничать из-за нее начинаю.

– Ой, прости, - торопливо проговорил я, - Не понравилась, да?

– Нет, что ты! Она такая красивая, - улыбнулась она, - Просто дорогая, и это меня немного нервирует.

– Вот я идиот, да? Тебе ведь нельзя волноваться, - сказал я, потом наклонился и едва заметно прикоснулся к ее губам в нежном поцелуе, -Ты красивей в сотни раз, - тихо сказал я.

– Ладно, так и быть немного поношу ее, - смилостивилась моя радость, но я заметил, что ей приятны и мои комплименты, и мои прикосновения. Налетели репортеры, посыпались вопросы, замелькали вспышки. Я осторожно, но крепко прижал к себе Ксюшку, стараясь оградить от толпы, или от случайного толчка.

– Кирилл, - услышал я вопрос одного из журналистов, - Это она? Это Ваш ангел и Королева Вашего сердца?

Я посмотрел на Ксюшку, она, немного раскрасневшись, улыбалась.

– Да, - громко ответил я, не отводя взгляда от ее зеленых омутов.

– Вы женаты? Как долго вы вместе? Когда ждете пополнение? Как звать вашу избранницу? – подобные вопросы летели со всех сторон.

– Без комментариев, - громко рявкнул Мишка, заслоняя нас собой перед толпой репортеров. Я, не обращая внимания на людей, столпившихся вокруг, обнимал свою малышку, и думал, как же я счастлив, что она есть у меня, моя маленькая королева.

После выставки поехали в ресторан, Оксана долго сопротивлялась, но потом согласилась присутствовать на банкете. Через час заметил, как Кюшка все чаще потирает спину, и вздыхает.

– Устала? – тихо спросил я, наклоняясь ближе.

– Немножко, - улыбнулась она. Положив ладонь на ее спину, погладил, спускаясь ниже к пояснице. Оксана с едва слышным стоном выдохнула, - Ты играешь нечестно, - мягко упрекнула она меня, чуть прикрывая глаза от удовольствия.

– Я и не обещал, что не буду пытаться склонить тебя к согласию, - улыбнулся я, продолжая гладить ее спину, мягкими движениями разминая уставшие и напряженные мышцы.

Когда заметил, что Ксюшка сильно устала, ласково провел по щеке кончиками пальцев.

– Отвезти тебя домой? – улыбнулся я.

– Да нет, меня Марк заберет, - возразила она. Я нахмурился.

– Ксюш, можно я тебя отвезу? – попросил я, - Да и зачем Марка туда-сюда гонять, когда есть я?

– Ну, ладно, - улыбнулась моя черновласка.

Пока Оксана прощалась с друзьями, следил за ней взглядом, ни на секунду не выпуская из виду. Заметил, как она подошла к моему дядьке. Он, обняв ее, заглянул в глаза и что-то сказал. Оксана кивнула, и, чмокнув старичка в щеку, подошла ко мне.

– Ты вернешься еще? – спросил Мишка, выйдя с нами на улицу.

– Вернется, - засмеялась Оксана. Я неопределенно пожал плечами.

Мы сели в машину, я, включив медленную и тихую музыку, помог пристегнуть Ксюшке ремень безопасности, отметив про себя, что надо бы купить специальный для беременных.

Подъезжая к дому Марка, увидел, что девочка моя уснула. Заглушив двигатель, повернулся к ней. В который раз подумал, что если бы я не был таким кретином, то мы бы сейчас не сидели в машине, а лежали бы дома, в нашей кровати, я бы растирал ее затекшую спину и слушал бы веселый, но чуточку уставший голос.