Противень помыла еще вчера, но легче не стало, потому что сегодня доца утащила на работу капли от насморка. А я? Пришлось одеваться и идти в аптеку. Зная себя, составила список: то, то, это и батарейки.

Сапоги. Так, сапоги. Где? Те, в которых я ходила до этого не годятся — подошва тонкая и ноги в них замерзают в зю-зю. Ищу. Ищу. Это мое проклятие: положить, чтоб не посеять и не найти. Как можно потерять сапоги? Я еще понимаю — колун. Но зимние сапоги — это нонсенс.

Нахожу в старом чемодане под летней обувью. Пригрелись, родимые, готовятся к пляжному сезону. Ага-ага, и ждет вас, ми лки на шпильках, дальняя дорога совсем не на Мальдивы, а по гололеду, припорошенному снежком, на котором вы, не напрягаясь, сможете показать сложнейший пируэт, названия которому еще не придумало строгое жюри.

Не поняла, я крутой перчик или нет? В чем проблема?! Я боюсь? Чего? Упасть, как корова? Значит, будем падать грациозно, как в замедленном кино, изящно размахивая сумочкой. Как бы еще от матов удержаться и не зафинтилить кому-нибудь в глаз?

Тут же красочно представляю, как мои стройные ножки разъезжаются, и я хлопаюсь на спину, циркулем задрав их к пасмурному небу, с которого сеется мелкий романтический снежок. И, конечно, ко мне сразу подбегает спортивный модный мужчина, желательно холостой и без детей, еще очень даже не старый, подхватывает на руки и предлагает подвезти на своем BMV или джипе…. Хоть бы не в реанимацию.

Легкой танцующей походкой выхожу из калитки, стараясь следить за каблуками, чтоб не разъезжались и не подворачивались: чилийский перчик на пенсии по-прежнему крут и суров.

В магазине затариваюсь заветно-запретными сладостями и выруливаю на кассу. «А я иду такая вся в Дольче Габана». Ха. Старательно прогоняю думу о Верке Сердючке с ее песенкой, которая, не смотря на мои отчаянные усилия, с упрямством ишака бегает в голове по кругу. Да и не похожи мы ни капельки. Кассирша, невообразимым образом попадая в такт мысленной музыки, отбивает чек, странно косясь на мои разноцветные ногти. И чтоб я так смотрела? Просто лак выбрать не смогла. Депрессия же.

Но настроение после магазина плещется, как южное синее море, а самооценка весело подпрыгивает и приплясывает. Я вам покажу бабку на выданье! Лишь бы не растянуться на тротуаре в своих супермодных сапогах. Надо почаще ходить по магазинам, не забыв забыть дома деньги и карточку.

План выполнен, все куплено, даже краска для волос, и в эту субботу доца будет меня убивать за очередную дурь: хочу разноцветные волосы. Меняем имидж: чем страшней — тем интересней!

Плюхаюсь на диван. С одной стороны орешки, с другой — кружка, из которой торчит чертов пакетик, потому что некоторые склеротички забыли внести в список нормальный чай. Но жизнь хороша как никогда!

Блин! Батарейки!

Рядом с орешками тут же пристраивается жаба и душераздирающе вздыхает о деньгах, которые я сегодня потратила, а возле кружки — депрессия по поводу рассеянности.

Сижу. Жую. Пью. Смотрю. Слева — жаба, справа — депрессия. Слева, справа. Справа, слева. Ухмыляются. Особенно слева ухмылка неприятная, от уха до уха. А справа взгляд, хоть вешайся.

Допиваю последний глоток холодного чая, решительно ставлю точку, объявляю этим стервам войну и иду за тряпкой и шваброй, заодно и коробку сожгу, которую вчера покромсала. Изобразим приступ Золушки, может быть, тогда депрессия в ведре с водой захлебнется?

Но как стимулирует желание кого-нить прикончить шелуха от семечек, которую пристроили на мою коробочку, предварительно скромно сложив в старую газету! Именно поэтому сейчас вся кухня в мусоре. Можно смело идти в киллеры, так как с каждой секундой охота пристрелить семечкощелка становится непреодолимой. Дайте мне пистолет!

Еще что ли одну главу забодяжить? Пусть мои демоны повоюют. Надо нечто эпическое, с размахом. Так и представляется крепостная стена, кровожадные лица захватчиков, суровые — защитников. Принц, естественно, забрался куда повыше. Задумчивый взгляд, ветер рвет волосы, рядом с головой свищут стрелы, но все мимо. Ветер же, блин, а у тех стрелки и косорукие и косоглазые, как наш Тёмочка. Какие-никакие шаманы тоже пригодятся. С бубнами, и обязательно обвешенные костями. Человеческими. Прыгают, родимые, завывают.

Тогда можно будет устроить море крови, оторванные в схватке конечности, кишки, размазанные по ступенькам. Гадость. Супер! Кто там просил море крови? Сейчас забацаем, обеспечим кошмарами, чтобы жизнь больше ценили. Короткую.

Так, стирка, уборка, война. Все логично. Погнали. Ах да, врубаем музыку! Нечто убойное, мне же еще пыль вытирать.

К приходу рабоче-трудового класса посуда помыта, все выстирано, плита блестит, пыль вытерта, пол натерт. Попутно найдена кружка, коробок спичек и иголки, которые пропали еще весной. Вся упаковка. Два раза споткнулась о пакет с мусором и один раз о швабру, которую искала.