джинсы и широкий свитер. Ее волосы были растрепаны, и она пыталась собрать их в

конский хвост. Лиз предположила, что по ту сторону был Дьюкский фанат, но

предположения в случае с Викторией – плохая идея. Виктория закрыла дверь и

выжидающе уставилась на Лиз.

– Ну, Мисс Мелодрама? Что там такое ужасно важное?

Лиз встала и пошла в гостиную. Ей не хотелось говорить об этом, пока Дьюкский

фанат мог их подслушать. Виктория громко фыркнула, но последовала за ней.

– Ты же помнишь, как мы пришли к выводу, что худшим из того, что могло

случится, когда я расскажу Хайдену про Брейди, будет то, если он бросит меня?
–

спросила Лиз, пока она доставала телефон.

– Ага, - Виктория взглянула через плечо на закрытую дверь спальни.

– Мы ошибались.

– Что?
– спросила Виктория.

Она обернулась к Лиз.

– О чем ты?

Лиз подвинула к ней статью, открытую на экране телефона и передала его

Виктории.

– Он об этом написал, - прошептала Лиз.

– Черт!
– воскликнула она.
– Вот дерьмо!

Она взглядом пробежалась по статье.

– Я ему яйца оторву!

– Я не буду тебя останавливать.

– О Боже, имя Каллей тоже здесь, - ошеломленно произнесла она.

– Знаю. Должно быть, они вместе это спланировали.

144

Виктория покачала головой и снова пролистала статью.

– Что ты собираешься делать? Ты звонила Брейди? Ты уже разговаривала с

адвокатом? Черт! Что я могу сделать? Чем могу помочь?

Лиз сжала кулаки и отвернулась от Виктории.

– Я не знаю, что я буду делать. Я еще ничего не сделала, потому что в статье нет

моего имени. Он просто упомянул меня как Сэнди Кармайкл. Думаю, будет лучше, если я

не буду высовываться. Если я начну действовать необдуманно, кто-нибудь может сложить

все воедино, а последнее чего бы мне хотелось, это предстать на всеобщее обозрение.

– Ты разговаривала с Хайденом? Боже, зачем он это сделал?

– Я не разговаривала с ним. Он мне не перезвонил.

– Мне никогда не нравился Лейн, но я не думала, что он такой долбанный слабак,

– закричала Виктория.

Лиз пожала плечами.

– Я тоже.

– Ладно. Ладно. Присядь на секунду, - сказала Виктория, указывая на диван.

Она кинула телефон Лиз на журнальный столик, и уселась возле нее.

– Давай поговорим. Самое главное, что ты здесь. Как ты? Тебе что-нибудь нужно?

– Я в порядке.

– Пф! Ты далеко не в порядке. Поговори со мной.

Лиз тяжело вздохнула и обхватила колени.

– Я зла. Такое ощущение, что все, что я делала, было зря. Теперь ни Брейди. Ни

Хайдена. Ничего, - сказала она.
– О, подожди, я сегодня приняла предложение работать

в «Нью-Йорк Таймс».

– О Боже!
– завизжала Виктория.
– Поздравляю, стерва! Это же отлично. Все

это дерьмо уйдет, и ты сможешь начать новую жизни в Нью-Йорке!

Лиз удалось выдавить полуулыбку, но она быстро сошла с ее лица, когда телефон

на столе начал шумно вибрировать. Лиз схватила его со стола и уставилась на экран.

– Хайден?
– тихо спросила Виктория.

Лиз покачала головой. Она не знала этого номера. От страха ее сердцебиение

участилось. Это репортер? Они уже вышли на нее? В горле все сжалось, пока она

размышляла отвечать на звонок или нет. Может быть, было бы лучше, если она не будет

этого делать.

Любопытство взяло верх.

– Алло?
– ответила Лиз, прижав телефон к уху.

– Алло. Я пытаюсь связаться с Лиз Доугерти.

В этот момент сердце Лиз остановилось. Нет. Не репортер. Никто еще не нашел ее,

пока не знал о ее существовании. Голос на другом конце линии был безошибочным.

Хизер Фэррингтон, пресс-секретарь Брейди.

Последний раз, когда Лиз была рядом с Хизер, она сказала Брейди покончить с ней,

а Брейди ответил ей нет. Она была жестокой женщиной, которая была с Брейди с самого

начала его карьеры, и делала все, что могла, чтобы его защитить. Лиз не хотелось этого

разговора.

– Кто ее спрашивает?
– осторожно спросила Лиз.

Ей не хотелось разговаривать с Хизер, но возможно, это был ее билет к Брейди.