— Произведение искусства мне не испорть, — холодно посоветовал ему дракон, — Сколько тебе лет? — он начал медленно обходить поднимающегося ашурта, заложив руки за спину, — Почти тысяча, если мне память не изменяет? Взрослый сильный мужчина, — дракон усмехнулся и вдруг, шагнув к нему со спины, стиснул в железных объятиях и схватил за волосы, оттянув голову назад, — Сопротивляйся, что же ты? — дракон прижался к его щеке и прошептал, — А ему было шесть лет, и он дрался, как дьявол. Заметь, мальчишка, а не взрослый. Знаешь, что я сделал? — рука Таамира скользнула вниз по груди принца, чтобы перехватить и вывернуть его кисть, — Бросил его в подземелье.

Резкая боль остановила рванувшегося в сторону Чарскьена, заставляя выгнуться дугой, и его начало ощутимо трясти от омерзения и страха перед тем, что сейчас с ним сделают. Неужели отец дал согласие на это? Нет, он ничего не знает! Он бы не допустил такое никогда! Демон забился, пытаясь освободиться, и тут же снова чуть не задохнулся от боли.

— Спокойно, мой маленький друг, спокойно, — сквозь зубы тихо посоветовал Таамир, — я не собираюсь тебя туда садить, если ты меня к этому не вынудишь. А ведь ты меня не вынудишь? Или нет?

Демона передернуло, потому что Ин Чу, грубо притянув его к себе, проникновенно зашептал прямо в ухо:

— Темнота, тишина, сырость, одиночество и крысы. Там есть такой желобок, с которого капает водичка. Кап-кап-кап, — дракон сокрушенно покачал головой, — Сильно действует на нервы. Мальчишка продержался два года. Целых два года, но и после этого пощады не запросил. Просто лег и перестал подниматься, — король сжал челюсти, отгоняя старые воспоминания, — Взрослые ломались через месяц-другой. Сколько продержишься ты, мой маленький друг? Год? Два? Пять? Что ты замер? Тебе нравится? — он провел рукой по груди ашурта, едва сдерживая отвращение, и вдруг резко оттолкнул его и закричал, — Давай, дерись, как твой брат! Дерись, дьявол тебя побери! Какой-то мальчишка два раза отсидел в моем подземелье и не сдался, а ты — сильный закаленный воин, дрожишь, как девка! — Таамир провел по лицу ладонями и добавил уже спокойнее, — Неужели мальчишка сильнее тебя? Я со счета сбился, сколько раз он сбегал. Это же надо иметь столько фантазии! Я понятия не имел, что он сделает в следующий раз. Даже убить попытался, — король удивленно покрутил головой и хмыкнул, — Пришлось освежить детские воспоминания.

Ин Чу неожиданно ударил демона в живот, потом под колени.

— Устал стоять на ногах. Отдохни, — посоветовал он, — Мне как-то это действует на нервную систему: качаешься и качаешься, — он присел за спиной ашурта, потянул его за волосы, выпрямляя, и, положив ладонь на его шею, продолжил, — Когда через два года он рассмеялся мне в лицо — я сдался. И он все-таки сбежал, чертов мальчишка, — дракон недоуменно покрутил головой и неожиданно свистяще прошептал, — А чтобы ты прочувствовал всю ситуацию до конца — эксклюзив. Только для тебя, мой маленький друг.

Таамир неожиданно оттолкнул его, спокойно встал и отошел, вытирая руки платком и временами поглядывая на стоящего на коленях демона.

— Как ощущения? — с любопытством поинтересовался он, — Ничего не понял?

Чарскьен исподлобья смотрел на короля, начавшего снимать выпачканный в крови камзол.

— Ты, мой красавчик, — Таамир расстегнул манжет рубахи и ласково позвал, — Ползи сюда, — он потопал носком ноги по ковру, — но помни, он мне дорог.

Ашурт послушно коснулся руками пола и пополз к нему на четвереньках.

— Нет, — тот небрежно махнул рукой, — так неинтересно. Раздевайся.

Несколько ударов сердца Таамир мрачно смотрел, как демон сдергивает с себя таки и расстегивает рубаху, потом поднял руку:

— Это называется печать послушания, мой маленький друг. Я отзываю ее.

Чарскьен растерянно провел руками по голой груди и похолодел. Что он делает? Боги! Сам!

— Тебе почти тысяча лет, — тихо продолжил дракон, — а мальчишке было намного меньше, и он сопротивлялся. Он сопротивлялся, а ты стоишь на коленях. Он предпочел умереть, чем стать рабом, — Таамир устало усмехнулся, — Ты не знал? Ты даже не пыль у его ног, меньше, чем ничтожество, а смешиваешь его с грязью, чтобы самому выглядеть сильнее и чище. Ты умер тогда, и я не знаю, кто вернулся в твоем теле. Слизняк? Букашка? Убирайся, — король небрежно помахал рукой, — пошел вон. Жаль Чарти. Прекрасный воин, не чета тебе. Передай Найири — я сочувствую его горю. Он поймет.

— Что ты с ним сделал? — с тихой угрозой спросил ашурт, когда переодетый Таамир поднялся на верхнюю площадку.

— Боюсь ящиком «Крови» я не отделаюсь, — дракон сел и утомленно помассажировал глаза, — Наложил Печать послушания и немного погонял по гостиной. Не знаю, что он понял…. Убери от меня руки! — Ин ЧУ похлопал Найири по пальцам, сжавшим камзол, — Новый совсем. Ничего я ему не сделал. Мне же Бет потом… кхм… ладно. Что уставились?

Ашурт медленно сел.

— И на тебя есть управа, — Андерс задумчиво побарабанил пальцами по столу, — Запомним.

— Я тебе башку отверну, — пообещал Таамир, бросив быстрый вороватый взгляд по сторонам, — Только ляпните кому-нибудь.

— Эмоции странно смотрятся на твоей роже, — рядом присел Вардис, — Непривычно. Так что там с Чарти?

— Пока на своей шкуре не почувствуешь — ничего не поймешь, — сердито буркнул Ин Чу, — И я предупредил. Что? — взорвался он под тяжелым взглядом Найири, — Наложил Печать, заставил расстегнуть рубаху, снял Печать, сказал пару слов и отправил домой. Все! Я похож на идиота?