— Вы готовы сделать заказ?

Мортимер моргнул, когда его грезы развеялись, он обнаружил, что Сэм закончила изучать меню и отложила его, а официантка вернулась, чтобы принять их заказы. Медленно выдохнув, он ждал, пока Сэм сделает свой заказ. Затем он сделал свой и передал меню. Когда улыбающаяся официантка ушла Мортимер посмотрела на Сэм. К сожалению, он обнаружил, что его разум мгновенно заполнился изображениями блюд, которые он хотел бы съесть с нее — это было бы чувствительное изысканное кушанье.

— Что-то не так? — спросила сердито Сэм.

— Нет, конечно, нет, — быстро ответил он.

— Ох. — Ей удалось улыбнуться. — Ты смотрел на меня немного странно. Я думала, может, у меня что-то на лице или вроде того.

— Нет, — заверил он ее, а потом попытался найти в уме тему для разговора, чтобы отвлечься от довольно возбуждающих образов, пытающихся отвлечь его мысли. Ему нужно говорить о чем-то не сексуальном, и самой не сексуальной вещью, о которой он мог придумать, были родители, поэтому, он произнес: — Декер говорил, что ему рассказали твои родители погибли в какой-то аварии?

— Да, — тихо сказала она, и выражение ее лица стало грустным. — В автокатастрофе по пути домой из кино в свой юбилей.

Мортимер вздрогнул, думая, может быть, это не самая подходящая тема. Он действительно хотел знать все об этом. Он хотел знать все о Сэм, но это был прекрасный солнечный день, они сидели в ресторане, а для такой темы видимо им нужен "дождливый-день", "кутаться-в-одеяла", "прижимать-ее-к-себе-после-удивительного-умопомрачительного-секса", тогда можно будет вести такого рода разговоры.

— Ты говорил, что твои родители умерли? — Неожиданно спросила Сэм, сумев отвести его мысли от "удивительно-умопомрачительного" секса с ней, где они, находились мгновение назад.

Откашлявшись, он кивнул.

— Да.

— Это тоже произошло случайно? — спросила она.

Мортимер напрягся и осторожно спросил:

— Что заставляет тебя думать, что это произошло не по естественным причинам?

Сэм, казалось, удивилась, а затем пояснила:

— Ну, тебе не может быть гораздо больше, чем двадцать восемь или двадцать девять, Мортимер. Так что если твои родители не были очень старыми, когда у них появился ты, скорее всего, что они оба умерли по естественным причинам представляется маловероятным.

— Ах, да, конечно, — пробормотал он, давая себе мысленный пинок. — Они умерли вместе. В пожаре.

Сэм протянула свою руку, чтобы сжать его, которая лежала поверх стола. Она быстро ее пожала, сочувствуя ему, а затем стала отпускать, но Мортимер повернул руку и переплел ее пальцы со своими, удерживая ее. Ее глаза смотрели на него с удивлением, и у него появился безумный порыв сказать ей правду о своих родителях. Обо всем, но конечно он не мог.

— Сколько тебе было лет, когда они умерли? — спросила Сэм, оставляя свою руку в его.

Мортимеру было шестьсот восемьдесят восемь лет в 1898 году, когда умерли его родители. Он сказал:

— Восемнадцать.

— О-о, мне очень жаль, — сказала Сэм, сжав его руку еще раз. — Такого же возраста была Джо, когда наши родители умерли.

Официантка выбрала этот момент, чтобы появиться с едой, и Сэм освободила свою руку и откинулась на спинку стула, пока девушка расставляла их тарелки и напитки.

— Спасибо, — пробормотала Сэм, когда девушка закончила и отвернулась. Ее брови приподнялись из-за увиденных двух тарелок с двумя бутербродами и двух порций картофеля-фри у Мортимера и спросила: — Ты родственник Брикера?

Вопрос удивил и рассмешил Мортимера, но он покачал головой.

— Вообще не имею к нему никакого отношения, хотя я не виню тебя, за то, что ты так подумала сейчас.

— Хм, — сказала Сэм неверя.

— А может, я заглушаю другой голод едой, — предложил он со злодейской усмешкой, и усмехался, пока она не сообразила, на что он намекал, и не вспыхнула бордовым цветом. Он пожалел о своем поддразнивании, потому что, затем она обратила свое внимание на заказанные блюда и отказалась говорить за едой. Он подозревал, что его поддразнивание немного ее расстроило, хотя он не был уверен, почему. Сожалея об этом, он позволил ей есть в тишине. Ни один из них не заговорил снова, пока они не закончили есть, но в момент, когда он отодвинул свою тарелку, Сэм спросила немного резко:

— Так что, кроме секса, наркотиков и рок-н-ролла, тебе больше всего нравится в группе?

— Я не люблю секс, наркотики и рок-н-ролл, — заверил он ее с неодобрением, апотом понял, что сказал, и добавил: — Я имею введу мне нравиться это. Секс, а не наркотики и рок-н-ролл. — Когда он это говорил, она наклонила голову и следила за ним с беспокойством, он добавил: — я имею в виду, я люблю секс, но не с поклонницами или что-нибудь подобное.

— Но не наркотики или рок-н-ролл? — спросила она.