В нос Миротворца тотчас же шибанула тошнотворная вонь. Приглядевшись, Макр увидел, что повсюду насколько хватало глаз на ветках кустарника висели сорванные человеческие скальпы. Растут цветы… А немного выше обнаружились и сами головы. Висят плоды… Практически все из них были изрядно прогнившими, и именно они издавали тот чудовищный запах, который учуял Макр в самом начале.

При виде этого зрелища титан почувствовал, как внутри него начал разгораться гнев. Что ж пусть он подобно Тиллаку и не владеет магией, да и его верный меч сейчас не под рукой, но зато метательные ножи, как и его собственная меткость и смекалка никуда не исчезли, а значит, в скором времени у этой твари возникнут серьёзные проблемы…

А тем временем Синеглазка была занята тем, что крушила заросли кустарника своими могучими клешнями, тщетно пытаясь обнаружить беглеца. И вот выждав когда бестия окажется с ним совсем рядом, титан резко выпрямился и метнул в неё один из ножей. Клинок, вращаясь, вошёл бестии в один из её глаз, и она пронзительно завизжав, бросилась на Миротворца, однако мелькнул второй снаряд, и ещё один глаз чудовища оказался пробит насквозь.

Поняв, что бестия обескуражена, Макр метнул третий нож, но на этот раз тварь успела убрать голову, и клинок просвистел мимо. Миротворец грязно выругался. Больше метательных ножей у него не осталось, и Синеглазка, осознав это, вновь начала наступать на титана. Однако раны, нанесённые Миротворцем, её сильно замедлили, чем не преминул воспользоваться титан, проскользнув между её клешней и побежав обратно, туда, где должен был лежать его верный клинок.

Добежать до крыльца дома и найти меч не составило для титана большого труда. Синеглазка тоже была тут как тут ибо, несмотря на раны, сохранила достаточно сил и оставалась более чем грозным соперником.

Сделав несколько пробных выпадов, Макр понял, что клешни бестии ничуть не уступают крепости его меча, а сама тварь, несмотря на сопоставимые размеры, была намного сильнее его самого. Но раны бестии и ограниченность обзора сыграли с ней злую шутку, поэтому Макру уже через несколько минут поединка удалось изловчиться и начисто отсечь чудовищу одну из её многосуставчатых ног.

Захлёбываясь визгом, тварь рухнула на землю, тщетно пытаясь достать обидчика своими клешнями, а Макр поняв, что победа практически у него в кармане, неожиданно оказался позади потерявшей подвижность бестии и отрубил ей одну из клешней, а затем быстро приставил лезвие меча к её шее.

— Выбирай, либо живой со мной на Аркант, либо останешься здесь, но с отрубленной головой. — Прохрипел титан на языке Агрона. В этом поединке ему тоже изрядно досталось, он получил несколько неглубоких, но донельзя болезненных ран, нанесённых клешнями бестии, да к тому же мощный пинок под рёбра, отбросивший его метра на три и чуть не стоивший ему жизни тоже давал о себе знать.

Тварь злобно посмотрела на титана единственным уцелевшим глазом и медленно кивнула. Похоже, что собственную жизнь она ценила гораздо выше доблестной гибели в бою…

«Вот это я влип…» — Сумрачно усмехнулся Дихран, глядя на чудовище, парящее над ним на высоте около десяти метров. Внешне тварь выглядела как громадный крылатый каменный лев из белого мрамора с золотым человеческим ликом, напоминающим маску.

А ведь сперва ничто не предвещало беды. Обнаружил логово бестии высоко в горах затаился, принялся ждать… ну и заснул как последний распустёха, сказалось напряжение предыдущих дней и заданий а, проснувшись, обнаружил прямо над собой ухмыляющееся чудище, чей оскал на фоне бесстрастного выражения золотого лика казался особенно неестественным и пугающим.

— Вот уж не думал, что доведётся встретиться с Миротворцем так далеко от славного Арканта. — Проговорила бестия. Её голос звучал одновременно и в басовом и тенорном диапазоне, при этом его звучание напоминало работу какого неведомого механизма, но в то же время как ни странно, не лишено определённой толики эмоций. В данный момент среди них доминировал явный сарказм. — Итак, что же привело тебя в мои владения… впрочем, это я и так знаю. Кармос и его прихлебатели всё никак не могут успокоиться… Что ж, как ты понимаешь в сложившихся обстоятельствах, я не могу оставить тебя в живых, однако я решил дать тебе шанс. Я задам тебе три вопроса. Сумеешь ответить на них, и ты свободен. Нет, и я сброшу тебя в пропасть. Посмотрим, насколько хорошо ты умеешь летать…

— Зачем тебе это? И как ты узнал о том, что я Миротворец?

— Ну, во-первых, жизненный опыт, а во-вторых, мне не составило абсолютно никакого труда сопоставить исчезновение и гибель моих собратьев, и твоё появление здесь.

— Раз ты так умён и догадлив, может быть, изменим условия нашей игры? — Хитро прищурился Дихран. Сфинкс был огромен и явно невероятно древен, а значит, нечего было и думать о том, чтобы вступать в открытое столкновение. — Если я не отвечаю, ты убиваешь меня, ну а если отвечаю верно, ты не только отпускаешь меня живым, но и сам отправишься вместе со мной на Аркант. Ручаюсь, никто не причинит там тебе вреда. Арканту требуются новые Миротворцы взамен павших.

— Меня мало волнуют несчастья смертных, но… твоё пари меня заинтересовало. Что ж, будь по-твоему. В конце концов, коротать вечность весьма скучно, если нет риска и опасности. Первый вопрос. Что сильнее всего?

— Время. Оно не щадит никого. Ни смертных, ни даже бессмертных. В конечном итоге все мы так или иначе погибаем.

— Верно. Второй вопрос. Кто несчастнее всех на свете?

— Тот, кто не живёт в гармонии с собственной сутью.

— И снова верно…. Похоже, уроки Кармоса не прошли для тебя даром… Последний вопрос. Кто счастливее всех на свете?