– Мы поменяли все батареи в часах, проверили все розетки, – сказала Джастина, – и все равно ничего не работает.

– Сочувствую, родная, – сказал в телефон Джейсон, расхаживая по комнате.

– Думаю, все это происходит из-за вмешательства чего-то сверхъестественного.

Джейсон замер на месте.

– Например? – спросил он, надеясь, что его голос прозвучал как обычно.

– Не уверена. Интересно, могут ли в гостинице обитать духи. Это же старое здание. Может, у нас поселился ненавидящий часы призрак.

– Спроси Розмари и Сейдж.

– Хорошо. Как раз собираюсь к ним поехать. Как твоя работа? Ты устранил проблему, о которой переживал?

– Думаю, к ночи все уладится.

– Отлично. Сможешь приехать к нам на выходные?

– Надеюсь.

– Скучаешь по мне? – спросила Джастина.

– Нет, – ответил он. – Я весь день запрещаю себе думать о том, как я по тебе скучаю, о наших поцелуях, о твоих длинных ногах, о разговорах до утра.

Он проговорил с Джастиной еще пару минут, закрыв глаза, чтобы впитать в себя ее голос. Он не был уверен, о чем они все-таки говорили. Да и не важно, он просто наслаждался тем, что мог ее слышать.

Что вообще можно сказать любимой женщине в последний раз? Ты для меня все. Ты подарила мне лучшие дни в моей жизни. Одна из постыдных особенностей любви заключается в том, что свои чувства возможно выразить только с помощью клише, будто человек, выражающий свои их, неискренен.

В конце разговора Джейсон добавил:

– Я люблю тебя.

И она ответила ему взаимностью.

Этого было достаточно. Эти три обычных слова выражали абсолютно все.

Завершив разговор, Джейсон прошел в соседнюю комнату, где Сейдж убиралась к приходу гостей. Их будет ровно десять.

– Клянусь, я больше никогда не буду ей лгать, – сказал Джейсон. – Или действовать за ее спиной. Я и так меньше чем за неделю сделал и то, и другое.

– Исходя из благих намерений, – ответила Сейдж.

Джейсон поднял водолазный шлем Жюля Верна, чтобы Сейдж могла протереть пыль на полке.

– Это мой Modus Operandi[Modus Operandi – (лат.) стиль работы, «почерк».] в последнее время – делать плохое ради хорошего, – сказал он. – Но пока такой метод не принес положительных результатов.

– Не волнуйся. – Сейдж накрыла его руку своей ладонью, когда он поставил шлем на место. – Мы все исправим. Мы уже рассказали нашему ковену обо всем, они оставили все свои дела и отправились к нам.

– Не часто мужчина проводит вечер в компании дюжины разъяренных ведьм.

– Лучше называй нас владеющими магией. И хотя некоторые не такие милосердные, как другие, но все мы согласились, что тебе нужно отдать должное: далеко не каждый мужчина способен взять на себя такую ответственность.

– Не каждый мужчина наворотил бы такого.

– Мы все совершаем ошибки, – мягко сказала Сейдж.

Учитывая обстоятельства, Джейсон не ожидал, что Розмари и Сейдж так по-доброму к нему отнесутся. Когда он позвонил им из Сан-Диего, то объяснил всю ситуацию предельно искренне, не пытаясь себя оправдать. Они обе внимательно его слушали, лишь изредка задавая вопросы.

Они согласились, что ситуация была ужасающей. Сейдж подтвердила, что остановка часов – это предвестник приближающегося «яда ведьмы». То же самое случилось и с ее мужем, Нилом. Нужно срочно что-то предпринимать, иначе последствия будут смертельными для Джастины.

Эти две женщины были заинтригованы способностями бабушки Присциллы и ее двоюродной бабушки, которые смогли сотворить заклятие из книги заклинаний.

– Если бы хоть кто-то посоветовался с нами, – многозначительно сказала Розмари, – мы бы смогли объяснить, почему заклятие долголетия – это никудышная идея.

– Мне стоило все вам рассказать раньше, – признал Джейсон, – но я просто не видел ничего, кроме своей конечной цели. Конечно, уже слишком поздно, но что пошло не так?

– Если кто-то и способен снять «яд ведьмы», – начала объяснять Розмари, – оно все равно не исчезнет, а лишь перейдет на кого-то другого. Что и произошло в вашем случае. А заклинание долголетия перенаправило «яд ведьмы» с тебя на Джастину.

– Как мы все сможем вернуть обратно?

Повисло напряженное молчание.

– Боюсь, никак, – наконец ответила Сейдж. – Мы не можем сделать так, чтобы все было в точности как раньше. Будет немного по-другому. Надеюсь, мы сможем переделать заклинание долголетия, но это будет трудно сделать. Такие заклинания – особенные. Это высшая магия. Мы серьезно рискуем.

– Для меня риск не имеет значения.

– Это очень опасно.

– Давайте уже начнем!

– Ты можешь погибнуть, – сказала Розмари. – А так как ты не имеешь души, то это будет означать конец твоего существования.