«Как там моя Аська? — прислушавшись к анекдоту, который учитель, не сморгнув глазом, выдавал за историю, произошедшую с одним его приятелем, подумала Света. — Тяжело ей сейчас с тремя. И зачем она разошлась с Павлом! В такое время… Ведь была любовь».

Сережа поглядел на часы. Трамвай заставлял себя ждать. На остановке прибавилось людей. Подошел интеллигентный старик в куртке «Аляска». Подошла женщина средних лет в норковой шубке. Подошел выпивоха, успевший опохмелиться, и встал рядом. От него несло перегаром и чем–то еще, нестерпимым для Светы. Света с учителем переместились поближе к норковой шубке. Там пахло дорогими духами. Снег падал и падал…

Подошел подросток без шапки с наполовину обритой головой. Старушка с огромной сумкой.

— На промысел, — подмигнул учитель, но Света уж так устала, что не силилась улыбнуться.

Человек неопределенного возраста с большой черной собакой приблизился со стороны леса. Собака зарычала на мальчишку, тот свистнул…

Подошла, волоча за руки двух орущих малышей, молодая мать с несчастным лицом. «Не орите, кусит собака», — злобно сказала она детям, и они притихли.

«Хорошо, что у меня нет детей», — быстро и как–то нарочно подумала Света и улыбнулась как знакомой женщине в норковой шубке. Та с интересом посматривала на Сережу, который замолчал вдруг и глядел вдаль, полуоткрыв рот, — в точности клоун, обессилевший за миг до прощального поклона. Он был очень представителен в своей почти новой кожанке и совершенно новой волчьей ушанке, гармонирующей по цвету с его пышными усами. Света взяла его под руку, окинула взглядом публику, взмахом бровей заставила опустить глаза женщину в норковой шубке, перестала думать об Асе, юности, московской зиме, прошлом и…

И разом вспомнила об алмазе, лежащем на дне сумки со вчерашнего утра!

Ей вдруг самой захотелось шутить. Трамвай не показывался, и учитель заскучал. Снег прекратился. Народ толпился вокруг угрюмый, равнодушный, совсем чужой. Света молчала, озираясь. Все вокруг было темным и скучным, как долгая оттепель, вступившая в город в середине января, дохнувшая поддельной весной ненавистная тяжкая оттепель такого–то года.

— Вы знаете толк в драгоценных камнях, Сережа? — отчетливо, так, чтобы слышала хозяйка норковой шубки, спросила Света.

— Еще бы! — встрепенулся учитель физкультуры. — У меня дедушка был ювелиром, а прадедушка, сами понимаете, пират! А что?

Света вытащила алмаз и протянула ему на ладони:

— Как вы думаете, настоящий?

Учитель повертел камень так и сяк:

— На стекле проверяли?

— Режет, как по маслу! — с гордостью сказала Света. — Думаете, алмаз?

— Алмаз. — Учитель царапнул камнем по стеклу своих часов. — Спрячьте.

Он вернул алмаз и удивленно посмотрел на хитро улыбающуюся Свету:

— Вы богатая невеста, Светлана Петровна. Наследство?

— Что вы, это не мой алмаз! — воскликнула Света (так громко, что черная собака оглянулась и зарычала на нее). — Я нашла его в трамвае.

— Бывает же такое! — покачал головой учитель.

Он, разумеется, не верил ей.

— Давайте–ка отойдем с вашим брильянтом подальше.

Отошли на самый край площадки, чуть не к лесу…

— Спрячьте, Светочка. Вот так. Ну, вы даете! Носить с собой в сумочке «мерседес»! Можно сказать, возить его трамваем!

— Неужто «мерседес»?

— Поклясться не могу, но хотите, я покажу знающим людям? Вы продаете или…

— Конечно, покупаю! — хихикнула Света.

Шутка не имела успеха. Сережа серьезно и как–то соболезнующе смотрел на нее. «Чудачка», — прочитала Света в его глазах и обрадовалась приговору.

«Кажется, все сложности этого приятного знакомства позади, — подумала она. — Вот и славно. Мой курортный роман длился десять лет. Со служебным я уложилась в сутки. Что же дальше?»

Подкатил трамвай. Люди вошли и расселись кто куда. Света с учителем физкультуры встали в хвосте вагона рядом, но не касаясь друг друга. У метро вагон заполнился пассажирами до отказа. Толпа притиснула Свету к учителю. Был момент, когда она, вздрогнув от вспышки тепла, сообщившегося ей, испугалась, что все начнется сначала: рука учителя шевельнулась, приподнялась…

— Нет, правда, почему вы мне не верите, Сережа? — детски обиженно протянула Света. — Я действительно нашла алмаз в трамвае! В перчатке.

И она подробно, скучно и достоверно рассказала, как достался ей этот камень. Поверив как будто, Сережа поинтересовался, что же она собирается делать с находкой.

— А что вы мне посоветуете? — все еще кокетничая, шепотом спросила Света.

— Зная вас… Только не несите в бюро находок!

— Я собиралась в выходные расклеить объявления по маршруту. Разумеется, о пропаже перчатки…

— Хорошее дело. Цвет не указывайте в объявлении. Думаю, вам оборвут телефон.

— Посмотрим, — ответила Света.