— Это трехместные аппараты, разработанные около года назад, — продолжал полковник. — Вижу в ваших глазах, Робинз, узнавание: вас, кажется, учили ими управлять?

Трис кивнула, более чем уверенная, что полковник прекрасно помнит, как и на чем их учили. Небось пролистал досье перед разговором.

— Та птичка, о которой идет речь, совершила всего пару испытательных полетов, после чего была законсервирована. Теперь ее переоборудуют.

— Там же одно ручное управление! — воскликнула Кейт, и тут же добавила: — Сэр. Даже без пси-привода.

— Ну, я бы не назвал управление по приборам «ручным», — хмыкнул полковник. — Ручное застали только наши деды. А пси-привод там уже есть, лейтенант Смирнова. Третье место не понадобится, его займет аппаратура. В кресле псионика будет доктор Стюарт, а в кресле пилота, куда техники выведут перчатки и рецепторы — тот, кого вы выберете. Вероятно, лейтенант Робинз: у нее и опыт есть, и она не такая сорвиголова, как все прочие — да-да, Джемилай, вы в том числе. Остальные осуществят прикрытие. Всем все понятно?

Трис сидела в кабине и начищала циферблаты приборов. «Марсельеза» поступила к ним чистенькая, прямо со склада, но Трис все равно казалось, что стеклянные круги сохранили прикосновения предыдущих пилотов. Кроме того, свою собственную малиновку, милую треугольную птичку с алым брюшком и острым клювом, она разве что не вылизывала.

«Марсельеза» ей не нравилась. Правда, Трис еще не принюхалась к приборному щитку и непривычно длинному салону (три изолированных кресла одно за другим, но колпак общий, на месте третьего сиденья смонтирован светло-зеленый прямоугольный параллелепипед), но что-то чудилось в этой машинке хвастливое, самодовольное. Вроде бы все-все предусмотрено, даже канистра с апельсиновым соком у пилотского кресла… в новых машинах такого не было.

А вот капитану Стюарту, с которым они уже слетали в тренировочный полет («зовите меня „док“ или просто „Фрэнк“»), машина пришлась по душе. Он даже присвистнул восхищенно, когда ее увидел — как мальчишка.

Вот даже сейчас он не пошел отдыхать, а уселся на ящик с патронами проводящего раствора, чертил что-то в блокноте, время от времени поглядывая на «марсельезу», и насвистывал при этом. Трис прислушалась, но песню не разобрала.

Док, видно, уловил ее взгляд, поднял глаза и улыбнулся:

— Что такое, лейтенант? — спросил он.

— Интересно, что вы пишете, — честно призналась Трис.

Она подумала, не сказать ли ему о своей попытке изучать физику, но постеснялась. Кроме того, почему-то ей казалось, что доктор знает совсем не ту физику, о которой говорилось в учебнике.

— Да ничего не пишу, — удивился доктор. — Рисую вообще-то. Смотрите, если хотите. Нравится?

На блокноте летящими линиями в стиле классического марвелловского комикса были изображены четыре девочки в пилотской форме. Большие глаза, пухлые губы… Трис узнала себя и остальных, в основном, по прическам да по выражениям лица: у Кейт каре, брови нахмуренные, плюс шрам — на картинке он и впрямь выглядел интересно, не то что в жизни — у Жанны «хвостики», улыбается, Джин в своем вечном платке, под которым волос не видно, серьезная, но вроде как тоже вот сейчас улыбнется, и Трис — две косички и взгляд будто чуть в сторону. Еще у Кейт на бедре зачем-то висела кобура (личное оружие им положено, но реально его с собой в воздух никто не берет), а сама Трис на картинке зажала под мышкой шлем.

— Вы рисуете? — спросила Трис.

— Так, балуюсь, — вздохнул доктор. — Когда-то хотел издавать комиксы. Даже нарисовал один… почти.

— А почему не закончили?

— Теория поля интереснее.

— Я думала, вы физик…

— Ну да, физик и есть. А вы думали, полями только агрономы занимаются?

— Как силовые поля, да? — догадалась Трис.

— Вроде того.

— Я как-то начала читать учебник физики… — созналась она.

— И что?

— Скучно.

— Значит, неудачный учебник попался, — сделал вывод Стюарт. — Хотите, скину ссылку на что поинтереснее? Для начального уровня, разумеется.

— Нет, спасибо, — Трис покачала головой. — Некогда.

— Ну, было бы предложено.

Доктор вздохнул и вернулся к своему блокноту. Больше он уже не рисовал, так, листал что-то. Потом встал, будто собираясь уходить. И Трис решилась. Она сама не знала, что ее дернуло про это спросить, но все равно начала:

— Доктор Стюарт!

— А? — он поднял глаза. — Что так официально, малиновка?

Сперва Трис послышалось, будто док назвал ее по фамилии, как учитель в школе, и незаданный вопрос замерз на языке. Потом она сообразила, что он имел в виду.

— Малиновки — это не мы, — сказала она. — Это наши самолеты.

— Вообще-то, так пилотов тоже называют. Вы разве не знали?

Черную дыру прошли быстро. Трис этого этапа больше всего боялась, но все оказалось легко. Три другие эскадрильи их прикрывали — они были частично посвящены в операцию. Потом сработали резонаторы на носу у Кейт (в смысле, у машины Кейт, конечно же), и девочки одна за другой попрыгали в дырку — как пирожки в духовку.

Вообще-то док им говорил, что проход придется открывать каждой самостоятельно, но они как-то скакнули за Кейт сразу, никто об этом не подумал.