– В какую сторону мне идти? – спросила она.

Но за стойкой уже стояла та беззубая дама, держа сигарету в зубах и щурясь от дыма. Она теперь пересчитывала купюры, бубня под нос:

– Ноль ноль, триста восемь пятнадцать. Ноль ноль, триста восемь пятнадцать.

Потом отложила стопку купюр в сторону, посмотрела на Айрис и усмехнулась.

– Пф, – хмыкнула она, налево, конечно, – указала она рукой, на запястье красовался жемчужный браслет. Потом она вынула самодельную папиросу изо рта и сказала:

– Другого пути-то все равно нет.

– Спасибо, - ответила озадаченная Айрис. Теперь она видела, что коридор, и правда, ведет только в одну сторону.

2

Айрис направилась прямо по коридору. Свет зажигался от каждого ее шага, освещая дорогу. Но когда она остановилась и обернулась, позади уже была кромешная тьма и тишина. Ей стало не по себе.

Двери других номеров были распахнуты настежь, внутри каждого кто-то был. В одной из таких комнат какая-то женщина давала интервью журналистам, столпившимся вокруг. Вспышки фотоаппаратов ослепили Айрис. Один из фотографов заметил ее, лицо его искривила гримаса брезгливости. Он быстро подошел к Айрис и грозно сказал:

­– Тебя не приглашали.

Он захлопнул дверь прямо у нее перед носом.

Айрис подошла к номеру, на двери которого была указана странная цифра – что-то между двойкой и семеркой. Верхушка у нее была как у семерки, но хвост был от прописной двойки.

Айрис обрадовалась уже тому, что у ее комнаты есть дверь. От этого странного места можно было ожидать чего угодно. Она попыталась вставить ключ в замок, но брелок оказался таким большим и тяжелым, что выскользнул у нее из рук и упал на пол.

Она нагнулась, чтобы поднять его и вдруг краем глаза заметила, что позади нее кто-то есть. Она повернулась. Молодой мужчина сидел на полу, широко расставив ноги и попивая из фляжки.

– О боже, - выдохнула Айрис, – Я не заметила вас. Вы давно тут сидите?

Она сразу узнала его, когда он поднял голову. Это был знаменитый актер Киф Уилсон.

– У меня дверь захлопнулась, – объяснил он и пожал плечами.

– Может, позвать портье? – предложила Айрис.

– Это бесполезно, – и он указал в сторону темного глухого коридора.

– Как… как вы здесь оказались?

– Точно так же, как и вы, - ответил он и улыбнулся.

– Тоже попали в шторм?

Вместо того, чтобы ответить, он сделал глоток из фляжки

– Вы здесь один? – решилась спросить Айрис.

– В каком-то смысле да, – ответил он, а потом добавил, – в смысле я тут без подружки. Она осталась наверху.

– Наверху? – удивилась Айрис. – В этом мотеле есть второй этаж?

– Я такого не говорил.

– Вы что же, планируете провести в коридоре всю ночь?

– Нет, я надеялся, вы пригласите меня в своей номер.

Она покраснела. Его взгляд действовал на нее возбуждающе.

– Счастливо провести оставшийся вечер, – быстро ответила она ему и захлопнула дверь.

– Уже утро! – крикнул он ей вслед.

3

Айрис легла на постель и закрыла глаза, но сон не шел. Она включила телевизор, вместо шипения помех она услышала короткие гудки, как будто кто-то положил трубку. Напротив кровати висело большое зеркало в тонкой коричневой раме. Айрис взглянула на свое отражение, зачем-то закрыла глаза, а когда вновь открыла их, рядом с ней на кровати уже сидел Киф Уилсон. От неожиданности Айрис вздрогнула.

– У нас с вами смежный номер, – произнес он.

– Что это значит? Как это?

Но Киф ничего не ответил. Он смотрел телевизор, который волшебным образом заработал.

– Но почему у вас нет своей кровати? Так же не может быть. Получается, у нас один номер на двоих. Я позвоню управляющему.

Айрис подняла трубку телефона, стоявшего на тумбочке рядом с кроватью, и услышала голос портье:

– Это смежный номер.

Айрис уставилась на Кифа, который, как ни в чем не бывало, следил за происходящим на экране и уминал соленый арахис. Его голубые глаза, пепельно-рыжий цвет волос. Еще вчера она смотрела фильм с ним в главной роли, а сейчас они вместе проводят вечер.

– Что вы так смотрите? – засмеялся он, вытирая подбородок, – Я из-за вас поперхнулся.

– Это все так странно… – сказала она.

– Но вы же рады меня видеть, Айрис?

– Очень, – и она отвернулась, чтобы он не заметил, как краснеет ее лицо.

– Тогда… – он приблизился к ней, – …вы могли бы меня поцеловать.

От него пахло ромом и глянцевыми журналами, а еще попкорном и арахисом. Айрис почувствовала прикосновение его теплых губ у себя на шее. Потом он посмотрел на нее, ожидая ответного поцелуя, но она отстранилась.