Она смотрит на свои коротко подстриженные ногти, которые нещадно обкусывала. Побочный эффект — способ справиться с травмой так, чтобы не сойти с ума и никого не убить. Еще она ходит на терапию — настоящую терапию, теперь, когда Программы больше нет — чтобы научиться управлять гневом. Конечно же, она не всегда рассказывает правду — не о том, отчего до сих пор больно. А сегодня она и вовсе планирует пропустить сеанс: сегодня у нее настоящее свидание, и, если честно, это намного важнее.

При этой мысли Даллас улыбается и снова делает глоток кофе, а потом достает телефон, чтобы посмотреть сообщения. Один из кассиров, Уэйд, прошлым вечером пригласил ее на свидание. О прошлом Даллас он ничего не знает, даже не знает, что она прошла через Программу. Теперь это вроде как табу. Никто не говорит об обработчиках. Никто не спрашивает о прошлом. Она не уверена, способствует ли выздоровлению хранение секретов — и подозревает, что ее психолог так не думает — но ей нравится, что здесь, во Флориде, она может начать все сначала.

Несколько сообщений на телефоне Даллас пришли от Уэйда. Юмор у него особый, суховатый, и ей это нравится. Он не такой, как другие парни, с которыми она встречалась, но, быть может, поэтому он ей и нравится. Он безопасный и немного скучный. Нормальный парень. Даллас вздыхает и кладет телефон.

Помимо своих волос, Даллас еще кое-чего не хватает. Она скучает по своей дружбе с Касом, даже хотя о ней иногда больно вспоминать. Несмотря на то, что он связался с Программой, она до сих пор верит, что он был ее другом. Ей нужно в это верить. Она даже скучает по Слоан, которая, хоть и любила поныть, оказалась сильнее, чем она предсталяла себе. Оказалось, что она — одна из ее лучших подруг. Иногда она посылает Слоан открытки, просто чтобы та знала, что Даллас жива. Но не хочет, чтобы Слоан их кому-нибудь показывала. Особенно Риэлму.

Вспомнив его имя, Даллас быстро встает и допивает кофе, стараясь выбросить все мысли о нем из головы. Она начинает убираться в кухне и потом надевает халат, чтобы пойти и проверить почту.

Воздух на улице влажный, и даже несмотря на раннее утро, солнце светит ярко. Когда Даллас сюда переехала, в эту двухуровневую квартиру, ей понравился солнечный свет. Он заставлял ее чувствовать себя живой, здоровой. Теперь она к нему привыкла, и он начинает терять свое очарование. Иногда она думает о том, чтобы поехать в Орегон, в гости к Слоан с Джеймсом. Но так и не едет.

На деревянных досках перед почтовым ящиком лежит небольшой чемодан. Даллас быстро оглядывает тихую улицу, сердце у нее колотится, и она поднимает его. Из почтового ящика торчат несколько больших листовок, и она сминает их и идет в дом.

Ее паранойя никогда по-настоящему не исчезнет. Уж это-то она знает наверняка. Листовки Даллас бросает в мусорное ведро, а чемодан ставит на стол. Когда она открывает его, у нее трясутся руки, а когда достает оттуда фотографию, отшатывается и падает на стул. Это ее фотография — такой, какой она была до Программы. Мягкие светлые фолосы, толстовка — обычная девушка. А рядом с ней Риэлм. Он улыбается.

Там есть и другие фотографии, и пока Даллас заново открывает для себя свою жизнь, у нее по щекам катятся слезы. Она не представляет себе, как сохранились все эти вещи, но решает, что, возможно, это ей и не принадлежало. Это принадлежало Риэлму.

Последнее, что Даллас достает из чемодана — открытка, похожая на те, что она посылает Слоан. Прислана она из Флориды, из ее города, и на ней изображен ярко-оранжевый закат во все небо. У Даллас перехватывает дыхание, когда она видит слова, написанные на белом фоне. Ни подписи, ни адреса. Там только три слова, три слова, которые как нож вонзаются в нее, заставив ее зарыдать; сильные, болезненные рыдания одновременно и ломают ее, и создают заново. Мучавшие ее сомнения и ненависть к себе немного проходят, и теперь она понимает, что может исцелиться.

Даллас вытирает щеки и встает. Она приготовится к работе и выберет, в чем сегодня пойдет на свидание. И будет делать все, что хочется. Она поверит, что с ней может случиться что-то хорошее.

Даллас закрывает чемодан, чтобы поставить его в шкаф. Последний раз смотрит на открытку, запоминает слова, и перед тем, как уйти, оставляет на столе.

Ты имеешь значение.