Спускались они быстро. Домишко был не из мелких, и его крыша располагалась где-то между вторым и третьим ярусом. Достигнув уровня второго яруса, где проходил участок трассы, Кролас закинул прихваченную с собой запасную верёвку с крюком, заарканив выступающий штырь металлопластовых перил. Подтянулся к перилам вместе со своим канатом и, ухватившись за перила, перекинулся ногами на пешеходную дорожку. Шнобель вылез сюда вслед за ним. И вскоре оба, сняв "системы" и сложив всю амуницию в многострадальный трансформ-рюкзак Иоганна, бодро шагали к ближайшей остановке буса. Можно было бы сразу прыгнуть на самодвижущуюся дорожку, идущую вдоль трассы, но некоторое время они интенсивно изображали спортсменов-любителей, предпочитающих пешие прогулки, чередующиеся с пробежками.

И только через некоторое время они осторожно осмотрелись и поняли, что за ними точно не было "хвоста". И тогда нырнули в первый попавшийся бус на остановке.

– Где выйдем?
– спросил Кролас, изображая из себя праздношатающегося тинэйджера. Кроме них в бусе сидел какой-то надутый клерк и дама, похожая на курицу с молодой девушкой-студенткой.

– Для начала - посетим универшоп "Солнышко"... Надо сделать кое-какие покупки, - так же лениво ответил Шнобель, цедя слова сквозь зубы и будто пережевывая при этом что-то: так разговаривали между собой обычно "кр-рутые пар-рни".

Тут Иоганн внутренне похолодел: он осознал, что у него на плече пусто. Вран, когда он начал спуск, предпочел путешествовать самостоятельно и до сих пор не объявился. Кролас заёрзал на сидении в состоянии крайнего беспокойства.

– Пр-роблемы?
– услышал он сбоку от себя знакомый голос. На плече у Шнобеля возникло существо, отдаленно напоминающее растрепанного попугая и подмигнувшее ему правым глазом.

Будучи в легком шоке, Иоганн перевел взгляд на ничего не заметивших попутчиков в бусе.

– Эти люди воспр-ринимают только ту инфор-рмацию, котор-рую могут перевар-рить. Я не попадаю в р-разряд этой инфор-рмации, - откомментировал вран.

Действительно, лица у людей были совершенно безэмоциональны, как у мумий.

– Выплёвываемся, - смачно скомандовал Шнобель.

Они вышли недалеко от тьюб-спуска, выходящего прямо к универшопу "Солнышко".

Кролас ощутил привычную ростовскую толпу, а также перелетевшего на его плечо врана.

У центрального входа привычно мелькали суетящиеся огоньки всевозможных реклам, увенчанных громадной надписью, расположенной между двумя искусственными пальмами: "Наш Город Солнца приветствует вас!" Изображение горящего светила размером в несколько этажей красовалось на фасаде прозрачного здания.

На первом этаже располагались мини-шопики, аттракционы, кафетерии и визаж-салоны. Туда-сюда по зигзагообразным витым галереям сновали шоп-дивы в умопомрачительных аксессуарах. Манекенщицу справа обвивала настоящая двухметровая змея, шипевшая на приближающихся. Тело этой женщины было расписано точно таким же узором, как у шипящей твари. А на голове из волос, покрашенных в яркий зеленый цвет, было сооружено подобие круглых кактусов, утыканных искусственными шипами. На крыльях носа закреплялись два ярко-красных цветка. Женщина играла на пластмассовой огромной флейте, покачивая в такт музыке огромными бедрами. Самые интимные места её тела были завуалированы чем-то, похожим на птичьи перья разного цвета, а сверху них имелось только платье-сеть. Другая манекенщица была одета в лёгкую тунику и венок из белых лилий. Она пускала в толпу что-то похожее на высокопрочные огромные мыльные пузыри, которые лопались или таяли, только достигнув живого или неживого объекта. А надо всем этим звучала невыразимо въедливая до похабности песенка: "Здравствуй, Город Солнца! Вечная мечта..."

Шнобель потащил друга на третий этаж, где продавались мужские костюмы. Он приобрёл там себе один. Весьма респектабельный. Из ткани, приближенной по свойствам к анкюлотной: высокопрочной, непромокаемой, терморегулируемой и даже по виду напоминающей своим серым цветом анкюлот. Только, конечно, в отличие от анкюлотной эта ткань не принимала входящие сообщения, не изменяла цвет при угрозе её хозяину и не вызывала полицию в случае нападения.

Когда Шнобель зашел в ПУБ и переоделся, вдобавок спрятав роскошную свою шевелюру под кепку-аэродром, Иоганн его сразу не признал. Крут он был необычайно. Кроме того, он следом сменил свои кросс-бутсы, видавшие виды, на элегантные мужские туфли на псевдокотурновой подошве из пробкоуретана (или чего-то в этом роде), после чего они вновь спустились на первый этаж, в тот отсек, где продавали всякие мелочи: парфюм, бижутерию, галантерейные товары и прочее. Крутящиеся столбы-витрины время от времени испускали благоуханный аромат, а из голографических картин время от времени выскакивали зонтики, часы и всяческие безделушки в маленьких ящичках, чтобы потом так же бесследно исчезнуть. Время от времени перед носом также вспыхивали мини-салюты и кружащиеся фейерверки, и вкрадчивый голос произносил: "Сюрприз! Не забудьте купить новые тени для век! Сейчас в моде сиреневые!" - или что-либо в этом роде. Шнобель приобрел себе эффектные очки-хамелеоны, меняющие постоянно цвет и рисунок на стёклах, и большую мужскую клипсу в виде русалки. Вид у него стал абсолютно пижонский. Когда они вышли из универмага, Кролас заметил:

– Мы теперь, наверное, странно смотримся вместе...

– Что делать! Жить захочешь, ещё не то напялишь! Главное для меня - суметь до монастыря добраться. И... Прощай, Город Солнца!
– ответил ему Шнобель.

– В смысле?
– спросил Иоганн.

– Смываться надо. Вместе с Генрихом. На пизанс-территорию.

– Ы?!

– Пойдем куда-нибудь, побеседуем, - предложил Шнобель.
– У тебя нет на примете какого-либо не очень презентабельного кафе, где в основном встречаются завсегдатаи и мало посторонней публики? И чтоб кормили неплохо... А главное - недалеко отсюда.

– Заглянем в "Душистую акацию?" - предложил Кролас.

– А что? Покатит, - согласился Шнобель.

* * *

В "Акации", среди бела дня, действительно было довольно тихо; "постоянные" из верующих тихо беседовали за столиками на религиозные темы. Некоторые одиночки, потягивая пиво, читали библию и ожидали друзей.

Шнобель, по-видимому, решивший, что плацкарты ему в будущем вряд ли понадобятся, отстегнул парочку из кошелька и вручил Кроласу, а сам уселся за свободный столик, сняв "хамелеоны". Иоганн взял поднос и пошел к раздаче покупать еду (днем кафе было на самообслуживании).