__________________________________________________________

– Девочки, - Фред поднялся на ноги и извиняюще улыбнулся. – Мы с Энди пройдём в мой кабинет обсудить кое-какие дела, а вы тут постарайтесь без нас не скучать.

– Как скажешь, дядя, - заметно посвежевшая Шелли показала на миг обернувшемуся шерифу язык. Тёрнер залился краской как помидор и торопливо зашагал вслед за де Фесом. Вау, у него даже уши покраснели, с замиранием сердца восторженно подумала Шейла. Какой умничка…

– Тебе нравится наш шериф? – как бы невзначай спросила Дейзи, с хрустом надкусывая сочное жёлто-зелёное яблоко. Ароматный сок потёк по пухлым губам и подбородку девушки. Дейзи поспешила вытереть сок салфеткой.

Шелли, засмеявшись, вытащила из кармашка носовой платочек.

– Дай я тебе помогу, а то будешь вся сладкая и липучая…

– Значит, о покорении мужских сердец можно не беспокоиться. Все и так будут липнуть ко мне.

– А то… У тебя такие красивые губы! Как же я тебе завидую, Дейзи.

Шелли робко коснулась кончиками пальцев мягких податливых губ Дейзи. Та, отложив в сторону яблоко, с отчётливым беспокойством сказала:

– Надеюсь, ты не из тех, кто любит щупать девочек?

– Ха-ха, ты глупышка, Дейзи! – девочка прыснула со смеху. И тут же заметно помрачнела. Всё-таки Алан был прав, решила Дейзи, наблюдая за стремительной сменой настроения Шелли. Не надо было ей столько наливать. – Просто у меня, как ты видишь, небольшая проблемка по этой части…

– Проблемка?

– Ага. У меня на редкость тонкие и невзрачные губы. Просто беда какая-то, - сокрушилась Шейла.

Дейзи, присмотревшись, горячо возразила.

– Не смей на себя наговаривать! У тебя красивые губки. И улыбка у тебя замечательная.

– Ну да, ну да… Когда я улыбаюсь, губы становятся как вроде и ничего… Где-то близко, рядом, так себе. Или вот когда я только просыпаюсь! Губы выглядят пухлыми, но и всё лицо тоже опухает… Я просто кикимора какая-то.

– Боже, девочка моя, прекрати так говорить, - Дейзи ободряюще обняла Шейлу. – Ты очень красивая лапочка. Я и вполовину не так симпатична, как ты.

– Заливаешь…

– Вовсе нет.

А ведь она так и не ответила на мой вопрос, мимоходом успела подумать Дейзи. Ну и хитрюга!

___________________________________________________________

Тони и Грег неуверенно застыли на пороге шатра. За их спинами опустился кусок плотной чёрной холстины, запирая мальчиков в этом лишённого малейших проблесков света навевающем жуть мешке. Именно так – жуть. Едва они переступили через порог, благополучно и без проблем добравшись до шатра, как вся бравада тут же оставила их. Отчаянная детская храбрость и презрение к опасностям (ха, пусть ВЗРОСЛЫЕ боятся!) вмиг покинули приятелей, улетучившись в неизвестном направлении.

Здесь, в палатке кунсткамеры (да они даже не могли правильно выговорить это слово!) было тихо, холодно и темно. Тихо, как безветренную ночь на кладбище. Холодно, как в погребе. И темно, как в могильном склепе. Тони почувствовал, как Грег в кромешной тьме нашарил его руку и крепко сжал её. Вспотевшие пальцы Грега ощутимо дрожали. Ой-ой-ой, тоскливо подумал Тони, зря мы, пожалуй, затеяли всю эту амфору… Э-э-э… Афёру!

– Тони, включай же, наконец, этот чёртов фонарик, - тихим прерывающимся шёпотом взмолился абсолютно невидимый в темноте Грег, маленькими тисками сжимая руку Тони.

– А сам чего не включишь? – беззлобно огрызнулся Тони, на ощупь расстёгивая куртку и доставая из-за пазухи небольшой продолговатый фонарик.

– Да не могу я, - признался Грег. – Он у меня в правом кармане…

– А бросить мою руку слабо?

– Какую руку? Ах, эту….Точно, точно, - Тони не видел друга, но почему-то решил, что Грег побелел от страха и с трудом соображает. Однако руку его всё же выпустил. А ведь ему всегда казалось, что Грег намного смелее, чем он. Мама по этому поводу как-то сказала, что настоящая храбрость и решимость проявляются в тех ситуациях, когда нет иного выхода. Когда кому-то волей-неволей приходится БЫТЬ смелым и решительным. Не ради себя, а ради других. И тот, кто понимает это отчетливей других и добровольно взваливает на себя бремя ответственности и есть настоящий храбрец. Потому что он не трус. Потому что больше некому. А кому-то надо. Не для себя. Для других.

Тони хорошо запомнил её слова. А ведь я не трус, внезапно пришло ему на ум! И это спонтанное озарение несколько приободрило мальчика, придало ему сил и решимости. Я НЕ трус, ещё раз сказал он сам себе. Так, на всякий случай, для закрепления эффекта.

Фонарики они включили одновременно. Два тонких, смотрящихся в окружившей их космической первозданной тьме такими слабыми и жалкими, лучика света пронзили недра шатра. И эти неказистые лучи показались испуганным мальчикам ярче мощнейших из прожекторов. Тони подумал, что их фонарики похожи на самые настоящие джедайские лазерные мечи, призванные сокрушить оплот Тёмных сил.