— Ты куда собралась, красотка? — вопрошает Даррен, а я смотрю на него и надеваю майку на грудь, заправляю в штаны.

— Хочу попить горячего шоколада, на одном склоне есть ресторанчик. Он чисто для туристов, которые не умеют кататься, и поэтому там поставили канатную дорогу по всей горе. Ты тоже собирайся давай, — командую я и смотрю на полуголого парня, который потягивается, лёжа на кровати… Эх, жалко, что в Аспене очень холодно. Так не хочется отрываться от этого вида. Но мне нужно прекратить мучения и наконец начать жить счастливо.

Через несколько минут парень спускается в гостиную, и мы можем спокойно доехать до туристического склона. Парень платит за билеты, мы садимся в кабину канатной дороги. Даже и не припомню, сколько раз видела все эти склоны. Конечно, хорошо смотреть на снежную погоду и медитировать, имея перед собой пейзаж гор, но для меня это уже всё обыденное. Я лежу на плече у Адама, а он рассматривает каждый вид из окон кабины, словно это неописуемое чудо.

— Почему ты не смотришь на этот волшебный пейзаж под нами?! Просто дух захватывает! — изумлённый Даррен — это поразительно, он говорит так быстро, с выражением на лице, будто улыбчивого Чеширского кота из фильма «Алиса в стране чудес» заставили широко раскрыть глаза. Вот, точно такая же безумная картина на лице у заместителя директора региональной больницы Сан-Хосе.

— Я уже сто раз всё это видела, — отвечаю я, смотря, как парень носится по кабине и всё описывает мне в мельчайших подробностях. Хуже маленького ребёнка. Честное слово!

Слава богу, то самое кафе находится на втором подъёме. Мы выходим через двери кабины и проходим в деревянное здание, оформленное под старинный уютный домик. К нам подходит девушка с меню в руках. А мы просим только горячий шоколад с молоком; парень решил съесть ещё и блинчики со сметаной. Ну что же, сообщу после того, как любимый покушает.

Мы ждём на веранде, но как удивительно: не успели мы усесться поудобнее и настроиться на нужный лад, нам принесли наши напитки и перекус для парня. Я смотрю на горный хребет и думаю, как лучше рассказать и с чего начать. Но в голове лишь только одна фраза: «Я должна всё рассказать». А как именно я это сделаю, просто не представляю.

— Слушай, я вот тут подумал на досуге. Ты рассказала мне о том, что вы с сестрой два раза в год посещаете этот потрясный город. Рассказала о своей работе, и я видел, как ты любишь готовить. Я знаю, что ты очень ответственная и трудолюбивая, и даже добрая в какой-то мере, знаю про твоё увлечение, но за последнее нужно сказать спасибо твоей сестре. Я практически ничего не знаю о тебе, меня напрягает лицо Эмбер, когда мы говорим о твоей беременности. Я хочу знать о тебе больше, — просит кудрявый, голубоглазый парень с безумно сексуальным лицом…

«Боже, гормоны, ну нашли время разбушеваться!» — стонет моё внутренний голос!

Дар отходит к краю веранды.

— Я не забеременела через ЭКО, — начинаю с самого главного и, просто вытянув ноги, смотрю на них. Парень опускает голову, и между нами висит напряжение.

— Почему ты сказала мне про ЭКО? — после длинной паузы спрашивает он, подняв голову. Я смотрю на него и вижу в его глазах непонимание и чувство обиды. Конечно, кому понравится, когда любимый человек обманывает тебя. Я сама была в такой же ситуации еще в школьные годы, тогда я переживала подростковые кризисы и страдала от всего.

Я смотрю на него и понимаю, что он не должен так страдать. Мне не хочется приносить ему боль, он слишком многое пережил.

Я отпиваю из стакана и ставлю на стол.

— Это началось с выпускного класса. Я встречалась со своим первым парнем. С ним же и лишилась девственности, всё было просто нереально. Потом меня предали, причём самым ужасным образом. Мой якобы идеальный парень переспал с моей лучшей подругой, сам понимаешь, какого подростку, тем более девушке, это выдержать. В то время моим другом был Орланд, я была одержима местью, предательство сильно меня изменило. Я даже сначала поступила в институт, в который подал документы Алон*, чтобы отомстить, но не сказала ничего своему другу. Он думал, что я заигрываю с ним и флиртую из-за того, что влюбилась в него… — Делаю паузу, снова отпивая напиток. — Он даже не замечал, что я постоянно оглядываюсь и не смотрю ему в глаза. А потом я действительно влюбилась и тоже в друга, только в своего бывшего одноклассника, которого случайно встретила. Так завязался треугольник. Я сама не понимала, что творю, а если и понимала когда-то, то не знала, как выпутаться из этого дерьма. Мне стало стыдно, но я всё равно не могла это прекратить… Слишком далеко всё зашло. Месть вскружила мне голову, я очень сильно изменилась после выпускного. А через несколько дней Саманта Новак, та девушка, что была моей лучшей подругой, — поясняю я и вижу, как парень кивает и садится к моим ногам. — Она просто взяла и сфотографировала меня с Орландом и Кастэром, когда я была на свидании с ними по очереди. Никто бы ей не поверил на слово, из-за моей популярности в школе, да и слухи быстро расходятся, в общем, все мне доверяли, вот она и собрала доказательства. Предоставив фотокарточки парням, дальше случилось самое ужасное, что может быть в жизни девушки… — Я делаю паузу и смотрю в пол. Не хочу снова это вспоминать, только стало всё так хорошо. Ненавижу свою чёртову жизнь! — Меня изнасиловали, причём сразу двое.

Из меня вытекают слёзы просто неимоверным потоком. Через силу заставляю себя дышать ровно.

— Третье октября я запомню надолго. Две недели спустя я переехала из больницы домой. Постельный режим и никакого движения. Ещё через несколько дней я поправилась окончательно. А потом я узнала, что беременна. За эти четырнадцать дней в больнице я решила поменять свою жизнь. Поклялась себе, что никогда в моей жизни не будет мужчины, или хотя бы я не влюблюсь так просто. Я погрязла в работе и учёбе, а потом я встретила тебя, и лживая, двуличная, одержимая местью девушка с манией величия и уверенностью, что внимание мужской части населения Беркли всегда с ней, быстро улетучилась. Я хочу, чтобы ты знал, что я действительно люблю только тебя и НАШУ дочку, в моей жизни, кроме вас и Эмбер, никого нет, я не представляю, как я буду жить без тебя, прости…

Встаю из-за стола и просто ухожу в сторону канатной дороги. Моя сумка висит на моём плече, и я роюсь в ней, чтобы достать пропуска через турникеты. Ещё эти грёбаные слёзы мешают нормально видеть.

Господи, зачем я рассказала всё. Знала же, что будет больно не только от того, что мы расстанемся, но и от того, как я всё это буду вспоминать и переживать сначала. Каждый момент боли, словно снова вонзающийся нож в моё сердце. Безумно больно и отвратительно.