Олег Рыбаченко также блаженствовал, он мечтал только об одном, чтобы эти руки поднялись повыше, прошлись по животу и бокам, погладили плечи. А главное помогли сбросить страшное напряжение и жар, охвативший самый чувствительный орган Творца Мирозданий пусть даже он творец лишь в своей бурной фантазии.

Изощренная в сладострастии Эльтюльпан увидев состояние мальчика-вундеркинда, прекратила массаж и звонко шлепнула по голым пяткам.

– Можешь вставать! Теперь тебе остается только пробежаться. Помчимся вместе, спорт полезен. Кроме того, твое тело привыкло к нагрузкам и если оно не будет двигаться, то быстро ожиреет.

Олег Рыбаченко охотно согласился:

– Верно! Набрать вес не надо ума! А дальше у пьяниц дорог одна! - Уже серьезные чернокожий Бог-Создатель, приложив палец к губам, спросил.
– Но вот если нас на улице будет ждать засада.

Эльтюльпан огляделась и сообщила победным тоном:

– Этого ты не опасайся. Кроме того, мафия не ожидает, что просто так пробежимся и будет думать, что мы вызовем фургон.

Тут неожиданно Создатель вселенных сменил тон:

– Ну, что теперь веришь, что это мое мироздание. Что я могу вертеть им как сам захочу!

Эльтюльпан захлопала трехцветными глазками:

– Докажи!

Пейзаж опять очень резко сменился, и они оказались во дворце из чистого золота. Громадный дворец, но при этом пустой и очень холодный. Эльтюль произнес, подталкивая рукой воительницу:

– Это теперь уже другой мир, по которому очень приятно пройтись!

Эльтюльпан после этих слов только скривилась:

– Приятно? Да тут золото инеем покрылось от холода. Что может быть особо приятно от дворца Снежной Королева?

Олег Рыбаченко хихикнул и ядовито осведомился:

– А тебе особая приятность нужна?

Эльтюльпан хмуро и сдвигая брови так, что те грозили вообще лопнуть, бросила фразу:

– Не можешь девушке своей сделать подарок? Ну, например, в виде роскошного, королевского трона!

Не очень любящий монархов и "королей" местного разлива Олег Рыбаченко изобразил притворное удивление:

– Да что-то ты мало требуешь. Может, захочешь себе власть не царя, а самого Господа Бога?

Тут уже эльфийка показала свое остроумие:

– Если правитель возомнил что он Господь Бог, значит, его подданных ожидает голгофа, без шанса воскресения!

Олег Рыбаченко серьезно и не менее оригинально и складно дополнил:

– Правителя в серьез претендующего на роль Бога, ожидает участь потешного примата в народных анекдотах!

Быстро шагая, они подошли к красной черте и демиург-негр высоко доскочил. Перекрутил пять раз сальто, словно дикий кот приземлился. После чего подмигнул и предложил:

– Хочешь и там посмотреть интересное?

Эльтюльпан, безусловно - подтвердила:

– Да, да, да и еще раз да!

После чего перешагнув барьер пара бойцов, оказалась в городе. Страна, гостеприимная с ласковым, наполненным медом воздухом встретила их. В первую очередь Олег Рыбаченко обратил внимание своей подруги на небо. Разглядеть его удалось не сразу. Все ближе и ближе слышался сладкий, настойчивый звон - как пиццикато хрустальных скрипок, кристально ясных, - алмаз, растворенный в звуках.

Все ближе подходили световые волны на небе, казалось, что тьма тает. Внутри сверкающего тумана была сердцевина, ядро более интенсивного света. Пульсирующего, опалового, лучезарного, напряженного, живого. А над ним, там высоко, в самой путанице дрожащих и переливающих полос и спиралей светило семь огоньков.

При этом они не стояли и двигались, от чего становилось яснее. Свет не ослеплял, он был немногим ярче лун. Одна из звезд была жемчужно-розовой, другая тончайшего голубовато-перламутрового цвет; другой сверкающе-шафрановый, следующий изумрудный, как мелкие воды вблизи тропического острова. Олег Рыбаченко словно ощущал поглаживание и проникновение:

– Чудо! Сказочная красота неба!

Эльтюльпан томно шепнула:

– Восславим Создателя.

Учитывая, кто шагал вместе с ней (пусть это чернокожий пацан, но с силой Всевышнего), последняя фраза звучала очень даже двусмысленно.

Еще одна звезда была смертельно-белой, но это ничуть не пугало; следующая призрачно-аметистовая; а последняя серебряная, как большая рыбешка, выныривающая из глубины океана под луной.

Звенящая музыка стала еще громче. Она пронзала уши, дождем крошечных копий, заставляя сердце ликующе биться - сжимая его кольцами как ласковая змея.

Олег Рыбаченко чувствовал, что горло горит, он ликует в непередаваемом восторге и вместе с тем ощущает печаль:

– Круто! Так круто, что фотон об квазар не расколешь!
– Выдал весьма замысловатое ругательство цветоэльф.