— Моя милая Анита, мне нужно с тобой поговорить.

— Не царское это дело — сон прерывать ради ананасов.

Послышался тяжелый вздох, за которой последовала подозрительная тишина. Девушка уже думала, что он ушел, и приподнялась на локтях для разведки обстановки. Вот только Мукуро никуда не исчез, он преклонил одно колено, жалостливо смотря на удивленную брюнетку.

— Прошу, мне нужна твоя помощь.

Анита захлопала ресничками, чувствуя очень большой подвох. Что-то здесь было не так.

— Что бы ты ни задумал, мой ответ — нет!!!

— Ты ведь даже не выслушала…

— Нет!

— Вот как, жаль. А я думал, что тебе надоело сидеть в Кокуе, и ты захочешь развеяться.

Анита повернула голову в его сторону, подозрительно прищурившись.

— Но на нет, и суда нет.

И, пожав плечами, Мукуро покинул комнату.

— Анита, спи! Анита, ты должна спать! — скандировала брюнетка, пытаясь подавить дикое желание догнать иллюзиониста и узнать, что же тому все-таки было от неё нужно.

Она, правда, осталась бы и дальше смотреть свои прекрасные сны, где она по чисто полю бегает в полном одиночестве за три тысячи километров от мафии, собирая ромашки, но ноги сами понесли её на поиски её тревожных мыслей. Поэтому найдя иллюзиониста в его комнату, она тут же принялась за атаку в лоб:

— Ладно! Что тебе от меня было нужно?

Но как будто бы это сработало, Рокудо, наиграно состроив обиженное лицо, проигнорировал её вопрос, направившись на кухню. Анита была бы не Анитой, если бы так просто отстала от него, поэтому, естественно, направилась следом.

— Мог бы и воспользоваться шансом, пока я добрая и…

Но девушка не успела договорить, так как иллюзионист, резко затормозив, чмокнул её в губы.

— Т-ты чего творишь? Совсем страх потерял?!

— Ку-фу-фу, сама же сказала, что я могу воспользоваться шансом, пока ты добрая.

— Мукуро… — прорычала девушка, метая адские стрелы в старого друга, который, как ни в чем не бывало, с лисьей улыбкой направился в сторону двери, где стояла ошарашенная Хроме.

Иллюзионистка слегка растерянно переводила удивленный взгляд с учителя на брюнетку, которую она никак не ожидала тут увидеть и, слегка приоткрыв ротик, все же решила задать вопрос:

— Мукуро-сама, это не…

— Да, милая Хроме, это действительно Анита, тебе не показалось.

— Но разве…

— Нет, Саваде Тсунаеши незачем знать об этом, пусть это останется нашим секретом, — Рокудо ловко приобнял переваривающую информацию Хроме и, подняв её лицо за подбородок, мягко произнес: — Ты ведь ему ничего не расскажешь, милая Хроме?

Иллюзионистка залилась краской еще сильнее, и отрицательно помотала голой.

— Милая Хроме, бла-бла-бла, — передразнила саркастически-издевательским тоном Анита, театрально закатив глаза, смотря на сладкую парочку.

— Ку-фу-фу, в чем дело, уже ревнуешь? — Мукуро перевел взгляд на Аниту, которая скорчила недовольную моську, передернув плечами.

— Сдался ты мне, — фыркнула она, громко приземлившись за стол.

«Интересно, а как бы отреагировал Десятый Вонгола, узнай он, что девушку, которую ищет вся мафия, прячет у себя его же хранитель?»

Коварный смешок вырвался из груди «заключенной», стоило только представить ошарашенное лицо Савады Тсунаеши.

Иллюзионист прыснул, уловив ход мысли девушки, и наконец отпустил Хроме, которая находилась в счастливом полуобморочном состоянии от того, что она так долго находилась в объятьях учителя. Девушка присела рядом с Анитой, которая старательно грызла ногти то ли от голода, то ли от злости, задумчиво смотря в одну точку.

— Эм… Анита, извини, но что тут происходит? — попыталась узнать иллюзионистка.

— Пьееен! — разнесся приближающийся вопль, и на кухню, подобно стреле, влетел Кен, кинувшийся к холодильнику. Одним движением руки он преодолел преграду в виде теперь поломанной дверцы и сгреб в охапку кубики льда, зачем никто не осмелился узнать. Зато Чикуса вполне себе спокойно разъяснил ситуацию, зайдя следом:

— Кен, я же говорил тебе, что труба раскалённая. Почему ты всегда делаешь, а потом думаешь?

— Здесь творится дурдом, — наконец ответила Анита, пытаясь подавить нервный тик.

Опершись подбородком о ладонь, девушка взглядом заприметила кружку с чаем, ароматный пар которого поднимался вверх, дразня своим аппетитным запахом.

— Этой чай М.М, — тактично предупредил Чикуса, поправив очки. Все знали, что кружка с сердечком — личная кружка М.М.

— Ничего страшного, другой заварит, — и беспардонным жестом Анита притянула кружку к себе, с удовольствие смакуя душистый напиток.