Елагин остров – одно из самых привлекательных для меня мест во всем Санкт-Петербурге, и это несколько иррациональное влечение, по крайней мере объяснить, обосновать его для себя я не могу, хотя, при всей моей склонности рефлексировать и сто раз пережевывать в воспоминаниях однажды пережитое, я долго пытался разобраться в природе данного предпочтения перед всеми остальными парками, садами, скверами, лесными и полевыми угодьями… Воздух здесь гуще, что ли, а может, небо иначе расположено, лопухи не так растут, волны по воде иной формы?.. У Ницше, кажется, есть очень звонкая, разошедшаяся по сотням чужих произведений фраза насчет взаимоотношений с Бездной: мол, если ты повадился вглядываться в Бездну – то, значит, она в тебя тоже вглядывается… Не знаю, интересен ли я этому древнему острову, грозно притаившемуся под мягкой шкуркой ЦПКиО, однако меня сей кусочек пространства совершенно точно притягивает с некоторых пор, я даже и пешком люблю здесь бродить, не только на роликах. Но почти исключительно в будние дни. По выходным и праздникам с посетителей городская администрация почему-то взимает деньги, и этот возмутительный факт сильнее даже моей мистической связи с аурой Елагина острова – не то чтобы мне денег жалко, нет, денег у меня довольно, а просто… унизительно платить, блин, за доступ к пространству своего родного города, пространству, которое не собственность отдельным людям и организациям и которое не подлежит ни захвату, ни приватизации. Да, такие дни я обхожу стороной, предпочитая бесплатные будни.

Я мчался по извилистому отрезку трассы со всей доступной мне скоростью, умеренно пыхтя, но отнюдь не задыхаясь, солнце дуло мне то в бок, то в спину, обернутая вокруг поясницы футболка сместилась на бедра, поэтому капли пота горячо и беспрепятственно сливались мне под джинсы в трусы… Ладно уж, невелика беда, главное – вовремя протирать и почесываться… У!.. Йй-о!.. Первый раз за все время удалось мне тормознуть резко, с хоккейной крутизной и четкостью, разве что полиуретановые и асфальтовые брызги не полетели из-под коньков! Поперек трассы, не строго перпендикулярно, но как бы наискось, лежала узкая асфальтовая заплата, шершавая на вид, темно-серая, почти черная, похожая на паюсную икру, обильным и не сказать чтобы ровным слоем раскатанную по светло-серой асфальтовой дорожке, – недавний след от неких небрежных ремонтных работ. А на той самой ленте, как на липучке, билось-трепыхалось, словно бы не в силах сдвинуться с места, нечто странное. Я на это нечто едва не наскочил со всего маху, но вот – успел затормозить! Аплодисменты в студию! А ноги-то дрожат… ни с того ни с сего… Я нагибаюсь рассмотреть, дрожь в коленках прячу под ладони… Глянул вниз – пусто! Как так?.. Выпрямляюсь в недоумении – оп! – в боковом зрении совершенно явственное шевеление-трепыхание!.. Уж не знаю, как это у меня получилось, но я медленно повернул голову, чтобы смотреть прямо в упор на странное место, а сам зрение напряг, словно бы сфокусировал его чуточку иначе, нежели ранее привык – и вижу!., да, вижу: существо на месте пустого только что пространства! Серенькое, размером с… морскую свинку?., с голубя?., с ежика… с кошку… с ботинок?.. Зрительная невнятица, словно бы зрение глючит, отказывает… Вильнул взглядом на руки, на пейзаж – нормальное зрение, на всё, кроме…

Заверещала дудка в мобильном телефоне – мелодия «Килиманджаро», это Катя Горячева звонит – и я, теперь уж ни на миг не спуская глаз с субстанции, трепещущей в клубочке серого тумана, добыл трубку из кармана джинсов.

– Аллоу, алло, Кир! Что молчишь?

– Алё, Катён!

– Ты где?

– На Елагином, на роликах.

– А потом?

– Не, я сегодня занят.

– Ок, жаль. Чао, Кирпичик, звони, если что.

Барышня слегка обиделась. Она часто сердится на мою бесцеремонную сухость в разговоре, но что тут поделать, если Катя – принцесса не совсем моего рыцарского романа, ведь я – всего лишь эпизодический бойфренд в Катиной личной жизни, в то время как она, откровенно говоря, не вполне свободна: помимо меня имеется у нее и постоянный кавалер. Даже целых два (один типа жених, другой просто гражданский бойфренд), но порознь, инкогнито друг от друга, вот только непонятно, что будет, если они узнают о существовав. Да черт же побери! То по целым суткам никто не звонит, а тут… «Бурре», это по бизнесу звонок.

– Алё!..

– Всеволод?

– Да, я. Привет, Владимир! Как там, на Красном море?

– Добрый день. На море – все супер, сегодня утром вернулись. Ну, что там по нашим бумагам, придумал чего-нибудь? Понедельник не за горами.

– Угу. Вроде бы. Есть реальный креатив, очень неплохой, встретимся – покажу. Я черновик записки мылом сегодня же тебе зашлю, а дубликат Жене, а когда встретимся – прокомментирую подробнее.

– Ну и отлично, потому что заказчик наш созрел – я с ним только что беседовал – и уже совсем готов проплатить, но ему нужен для этого предлог. Шучу, Всеволод, не предлог, а уважительная причина, предъявленный резалт. Ну, тогда завтра увидимся?.. В полдень тебе удобно?

– Где обычно?

– Угу. И Женя подойдет, он уже набросал общий проект решения, обсудим.

– Ок.

– Ок, пока, до встречи!

Уверен, что ни Катя, ни Владимир не почувствовали по разговору, насколько я огорошен и заинтригован только что случившимся, скрытность у меня в крови.

А ведь раньше, лет семь-восемь-десять назад, было совсем-совсем иначе… Может, кровь поменялась?.. За время обоих этих разговоров я так и не отводил взгляда от странного этого биения-трепыхания и вроде бы где-то, как-то… стал что-то конкретное различать. Глаза у этого существа – есть, круглые, по типу птичьих, похожие на две бусинки бордовые… Конечности есть, покрытые то ли пухом, то ли перышками, то ли шерсткой серого цвета. И когти… и ладошки… ступнями их не назвать… маленькие, морщинистые, как у енотов… Енота я видел однажды в квартире у заказчика, где мы кухню ремонтировали… похожие лапки. Рот… рта никак не рассмотреть, в глазах плывет…

Присаживаться на корточки на ровном асфальте, будучи обутым в роликовые коньки, очень неблагодарный экспириенс для начинающего роллера, лучше сразу, добровольно брякнуться на пятую точку, но я выбрал иное: осторожно опустился на левое колено… и на правое, а ступни пошире раздвинул, «утюжком», пятки врозь, чтобы колесики задницу не пачкали. Так, наверное, рыцари в острых шпорах осторожничали, преклоняя колена перед святынями… Пот на спине высох, испарился моментально, словно и не было его, и совсем-совсем не жарко мне, но душно по-прежнему.

На ладонях у меня короткие полуперчатки – на случай падений – кожаные, плотные, пальцы, правда, открыты… и я рискнул протянуть руку… обе руки, чтобы взять в них это… живое странное… А оно от моего движения в его сторону еще более задергалось, затрепыхалось…

Я обе ладони как бы подоткнул под это существо, потными запястьями на асфальт – и тут-то меня тряхнуло, насквозь, с головы до пят, аж синие искры из глаз! Меня раньше било простым электрическим током в домашних условиях и не однажды, но «тутошние» впечатления оказались куда ярче! Блин, так с испугу и описаться недолго!.. Ой-ё-й! Больно же, мля-а!.. Зато озноб исчез.

Мало того что меня шандарахнуло непонятно чем, так еще и это… существо впилось мне в левый указательный палец, укусило, типа, хотя было не рассмотреть, чем именно, да мне в этот момент было все равно. Я чисто рефлекторно сбросил эту гадость с руки, а она… оно… Оно совсем не туда улетело, куда я его инстинктивно швырнул, отшатнувшись и развернувшись!.. Шлеп! И опять на том же месте прилипло, откуда я его взял! Кровь из пальца бодренько так разбивается об асфальт крохотными черешенками, я чисто на автомате добыл гигиеническую салфетку из пакетика – пригодилась все-таки обтирка, хотя и не там, где я ожидал…