– Эй, деда. Проблемы у тебя?
– негромко отозвался он. Потом нажал на гуделку, чтобы полностью обратить на себя внимание.

Захар Петрович махнул рукой:

– А тебе-то что с того? Я честный гражданин.

Бритоголовый невесело усмехнулся, пальцами стал стучать по рулю. Ему вдруг показалось, что дед сразу причислил его к отморозкам, которые разводили анархию еще в лихих девяностых. После короткого раздумья продолжил:

– Обижаешь, деда. Я тебе помочь хочу.

– Не надо мне твоей помощи. Еще не хватало перед кем-то в долгу быть, - Захар Петрович собрался развернуться и уйти, но бритоголовый задал следующий вопрос.

– Тебе деньги нужны, деда? Я слышал, у тебя внучка в помощи нуждается.

Захара Петровича сразу передернуло. Будто током шибануло. Откуда он знает?

– Кто ваш информатор?
– спросил дед.

– Садись в машину. Разговор долгий, - тот кивнул на свободное сиденье. Захар Петрович плюхнулся в переднее кресло с обивкой из натуральной кожи. Двигатель заурчал, и внедорожник плавно тронулся с места.

– Во-первых, представимся. Меня зовут Феликс. Тебя как, деда?

– Захар Петрович. Ну, а во-вторых?

– Во-вторых, - Феликс ускорил движение. Машина выехала на полупустой перекресток, преодолев очередную дорожную развязку.
– У нас информаторов много, всех не перечислишь толком. Для тебя, деда, мало чего они значат. Ты только ответь, хочешь деньги заработать?

Деньги нужны позарез. В чем работа заключается, интересно? Наверняка придется преступить закон. Да и Феликс доверия не внушал. Как он заработал себе на шикарную тачку?

– Не удивлюсь, если ты предложишь мне кого-то ограбить, убить. Легкие деньги - это грязные деньги, - старик окинул на Феликса осуждающим взглядом.

Феликс невесело засмеялся.

– А ты не промах, деда. Сечешь фишку, значит. Только без мокрухи все будет. Законным путем «капусту» срубишь. Вот увидишь. От тебя только согласие, отвезу куда надо, а там будешь с Папой дело иметь.

– Кто такой Папа?
– не понял дед.
– Римский что ле?

– Вот юморист, - водитель коротко рассмеялся.
– Не, он самый главный в нашей организации. Все движухи через него решаются. Ну так что, согласен? Повторяю. Без мокрухи все будет. За базар отвечаю.

Захар Петрович снова почувствовал, как колотится сердце. В глубине души щемило, словно внутри что-то разрывалось.

– Да, согласен. Все равно терять нечего. А внучку я люблю.

Феликс удовлетворен проделанной работой - первый этап сделки можно считать завершенной. Осталось только договориться с Папой. Он достал откуда-то из заднего сидения комок черной ткани.

– Завяжи глаза, деда.

Захар Петрович с опаской посмотрел на повязку, но согласился. Видимо, дело серьезное намечается. А дорогу запоминать не особо и надо. Старик хотел сказать, что дело пахнет криминалом. Осекся. Меньше знаешь - крепче спишь.

Ехали долго. Захар Петрович даже вздремнуть успел. Когда приехали, на небе забрезжил рассвет. Город вышел из сумрака, вновь преобразился, приняв прежние очертания.

Феликс разрешил снять повязку. Правда, и без повязки Захару Петровичу район показался смутно знакомым. Все такое чужое, непонятное. Словно в другой город попал. Главное, что старик обратной дороги не найдет. На то Феликс и рассчитывал.

– Ты куда меня занес?
– спросил Захар Петрович.

– Мы недалеко от Двуреченского вокзала, - Феликс выключил двигатель. Вышел из машины.

– Первый раз вижу, первый раз слышу. Новый район, да?

– Нет, просто раньше был спальным. Сейчас все понаехали тут, да инфраструктура еще развитая. На месте не стоит, двигается дальше.

Феликс повел старика к двухэтажному панельному дому, у которого как ни странно всего один подъезд, набрал номер по домофону. Короткий монотонный гудок сменился приятным женским голосом.

– Назовите кодовое слово, пожалуйста.

– «Игра», - ответил Феликс.

Запиликал домофон, дверь открылась. Старик ожидал увидеть обычную лестничную площадку с голыми стенами, но произошло маленькое чудо. Перед его взором развернулся необычайно красивый холл. От пластиковых окон лился солнечный свет. На полу красный ковер, стены облицованы мраморной плиткой, точечное освещение и дорогая мебель. Все на высшем уровне. Евроремонт на каждом шагу.

В углу пристроился ресепшен, за столиком сидела утонченная девушка. Она поздоровалась. Дежурная улыбка не сходила с ее лица, сияла во все тридцать два зуба.

От увиденного Захар Петрович на минуту потерял дар речи. Вопрос невольно сорвался с его уст.

– Это так называемая ваша организация, правильно понимаю, Феликс?

– Да. Не боись, это чисто маскировка просто. Наша организация занимается экстравагантными вещами. Поэтому выбрали панельный дом. Так, для отвода глаз. Здесь только наши люди работают. Чужих не пускаем.